Учебник по Истории Украины 5 класс Власов - '(Генеза) 2013'

ПРОЧИТАЙТЕ НА ДОСУГЕ

Сокровища украинской степи

Без Васьки и Кольки в городке не обходилось ни одно заметное событие. Понятно, что почти всегда те подвиги были самыми обычными мальчишескими выходками, поэтому неделю-другую спустя о них все забывали. Дольше всего продержался на первом месте в хит-параде слухов Васькин и Колькин побег из дома. Правда, событие это превратилось в побег в пересказе соседей. В действительности же ребята решились на археологическую экспедицию. Однажды, прихватив из дома лопаты и старенькую палатку, друзья отправились в степь. Не думайте, что путешествовать надо было куда глаза глядят. Нет! Степь начиналась за Васькиным и Колькиным огородом, потому что их семьи жили на окраине городка.

Намерения ребят были самые благородные - найти клад. «Вот мечтатели, - подумаете вы. - Разве можно серьезно надеяться на ценную находку в наше время, когда все вокруг сотни раз копано-перекопано?!». Ребята тоже так думали, пока не вернулся из армии Васькин старший брат Саша. Он мечтал выучиться на историка, просто бредил славой выдающегося археолога, поэтому сразу записался в археологическую экспедицию. В те годы в нашей степи украинские ученые исследовали скифские захоронения. Скифы - древний народ, который проживал когда-то на территории Украины. Основным занятием скифов было скотоводство - разведение скота. В поисках новых пастбищ для скота скифы постоянно переходили с места на место, то есть были кочевниками. При таком образе жизни народы не оставляют после себя каменных сооружений - ни башен, ни дворцов, ни стен. Поэтому единственными скифскими достопримечательностями являются могилы-курганы. Скифы верили, что смерть человека означает окончание его жизни земной и начало потусторонней. Могилы состоятельных скифов обустраивались как подземное жилье. В глубоких ямах скифы сооружали из дерева несколько помещений, которые называют катакомбами. Покойника клали туда, одетого в лучшую одежду, которая принадлежала ему при жизни, в ценных украшениях и с оружием, рядом ставили посуду с едой и напитками.

Рядом с хозяином был и его боевой конь в сбруе, рабы. Сверху подземное жилье перекрывали досками и насыпали над ним курган. Чем более уважаемым был покойник, тем выше курган насыпали над его могилой.

Обо всем этом рассказал Ваське и Кольке Саша, который теперь работал на раскопках кургана, известного под названием Толстая Могила. Две недели от него не было ни слуху ни духу. Ваське уже поднадоело огрызаться на насмешки ребят, поэтому он сам, опережая расспросы, глубокомысленно заметил: «И какой из Сашки кладоискатель. Вот если бы мы с Колькой решили направиться за сокровищами, будьте уверены, - с пустыми руками не вернулись бы». Ребята над этими рассуждениями дружно смеялись, потому что знали, что чаще всего мечты Васьки и Кольки мечтами и оставались. Однако в конце апреля на несколько дней вернулся Саша.

- Держите, сорвиголовы, может поумнеете, - шутил Саша, даря Ваське и Кольке две позеленевшие жестянки.

- А что это?

- Находка из скифского кургана.

- Вот это и все!

Саша, как видно, ожидал такой реакции младшего брата, потому что затарахтел как по писаному. Оказалось, что Толстая Могила - хорошо сохранившийся скифский курган, в котором было несколько захоронений. «Две недели неутомимого труда проложили путь для последующих исследований, - рассказал Саша. - Руководитель экспедиции, ученый-археолог Борис Мозолевский, с каждым днем, проведенным на кургане, становился все увереннее: Толстая Могила подарит миру удивительные раритеты. Однажды под вечер посчастливилось откопать бронзовые украшения телеги и погребальной упряжи - только разнообразных бляшек было до двух сотен!».

- Так это они и есть, те бляшки? - переспросил Васька.

- Нет, те, из кургана, поедут в лабораторию. А эти я смастерил наподобие скифских, вам на сувенир, - ответил Саша.

С тех пор Васька и Колька потеряли покой. Саша в конце апреля опять отправился в экспедицию, а ребята начали обдумывать, как им самим приобщиться к археологам. Прошел май, вот уже и середина июня, а друзья все не решались. «Если бы хоть Саша приехал на несколько дней, рассказал, что там найдено», - сгорал от нетерпения Васька. «Если завтра он не вернется - двинем! Потому что пока мы будем сидеть на печи, без нас все сокровища скифские найдут!» - поставил точку Колька.

Сказано - сделано. Следующую ночь ребята уже провели в степи... Третий день археологической экспедиции был знаменательным. Хотя сокровищ ребятам найти не посчастливилось, зато нашли их самих. Среди поисковой команды был и Саша.

- Знаете, а в Толстой Могиле пектораль нашли.

- Какую пектораль?

- Царскую. Это нагрудное украшение из чистого золота. Шедевр древнего искусства.

Васька и Колька какое-то мгновение молчали, понурив головы, а потом начали расспрашивать. Больше всего их удивило, что курган, который насыпали над покойниками две с половиной - три тысячи скифов на протяжении недели, снимали с помощью самой современной техники больше месяца. А царское украшение было найдено на глубине восьми с половиной метров от уровня поля. Двадцать три века берегла украинская степь эту уникальную реликвию.

Приключение в древнем Херсонесе

«Ой, какое ж оно красивое! - воскликнула Яринка, когда увидела море. - И совсем не такое, каким я себе представляла». Несколько часов путешествия наконец позади, поэтому Яринка присоединилась к группе девочек, которые увлеченно расспрашивали у экскурсовода о жителях морских глубин. Тем временем ребята уже бродили в воде, забрызгавшись едва ли не по пояс. Экскурсовод, ничуть не смущенный любознательностью девочек (по-видимому, привык за много лет работы в детском лагере), как раз рассказывал о дельфинах-афалинах - самых больших животных Черного моря. Но, услышав безудержный мальчишеский хохот, прервал рассказ.

- Кажется, имеем уже первого ныряльщика, - нахмурился он.

И вот ребята, обступив мокрого как хлющ товарища, наперебой рассказывают о приключении. Героем, точнее жертвой морской стихии, который первым на себе почувствовал безудержную силу черноморской волны, был Петя. Он, хотя и закончил третий класс, был мельче кое-кого из второклассников, поэтому не удивительно, что волна свалила его с ног.

- На сегодня достаточно, - подытожил экскурсовод. - Пошли в корпуса - обустраиваться, сушиться и отдыхать. Потому что завтра у вас насыщенный впечатлениями день. Поехали в город.

«Вот тебе и на, - разочарованно вздохнула Яринка. - Не успели выехать из города, как снова приходится туда возвращаться. Ничего не скажешь: хорошее начало каникул».

Утро следующего дня оказалось тихим и облачным. «Еще одна неприятность. Юг называется», - корила судьбу Яринка, примостившись у окна туристического автобуса.

- Это хорошо, что сегодня облачно, - отметил экскурсовод, когда автобус тронулся. - Солнышко вас пожалело, видно, знает, что вы только что приехали и еще вовсе не загорели. Кстати, вы не забыли записные книжки, карандаши, фломастеры? Увидите столько, что стоит будет сразу записать и нарисовать, чтобы потом было что рассказывать в школе.

- Что же мы, по-вашему, городов не видели? - отозвалась Яринка.

- Таких - нет. Потому что городу, в который едем, больше двух с половиной тысяч лет. Построили его на берегу севастопольской бухты переселенцы-греки, нашедшие на крымской земле свою вторую родину. Вот и приехали. Сейчас вы ступите на землю древнего Херсонеса.

Дети высыпали из автобуса и очутились на возвышении, с которого открывалась панорама раскопок. Внимание привлекали городские стены. Они были сложены из белокаменных глыб и на ощупь оказались на удивление теплыми.

Стены Херсонеса, которые и теперь достигали кое-где до 10 метров в высоту, особенно поразили ребят, которые сразу же начали спорить, легко ли было преодолевать их в древности.

Из рассказов экскурсовода дети узнали, что название «Херсонес» происходит от греческого слова «полуостров». С самого начала своего существования город имел четкую прямоугольную застройку. Улицы достигали в ширину шести метров и были плотно застроены. Археологи откопали городской театр, монетный двор, много жилищ, хозяйственных построек - виноделен, гончарных печей, бань. До нашего времени уцелели остатки греческих храмов. Самое удивительное, что все это можно было увидеть собственными глазами, дотронуться рукой, заглянуть вовнутрь. Поэтому, когда экскурсия закончилась и дети получили возможность передохнуть в тени, потому что от утренней прохлады не осталось и следа, никто и не подумал отдыхать. Все разбрелись по городу, чтобы еще раз осмотреть древности.

Яринка с подружкой побежала в театр, потому что хотела сфотографироваться на каменных зрительских скамейках.

Обойдя амфитеатр*, девочки примостились на каменной скамье. И здесь Яринке пришло в голову попробовать себя в роли актрисы. Перепрыгивая с камня на камень, она добралась до сцены и вдруг зацепилась за каменный выступ и... Все полетело кувырком. Мгновение спустя, прийдя в себя, девочка оглянулась и оторопела. Вокруг нее толпились стройные загорелые люди в светлых легких нарядах - хитонах** и накидках. Толпа шумела: кажется, все были чем-то взволнованы. Поднявшись, Яринка побыстрее отошла в сторону, ища, где бы спрятаться. Неподалеку, на углу улицы, она увидела большое здание, украшенное резными колоннами, и направилась туда. «Наверное, незаметнее всего я буду за крайней колонной», - подумала Яринка и попыталась проскользнуть туда. И вдруг - с кем-то не разминулась. То, что она увидела, смутило ее еще больше. В тени колонны притаился неудачник Петя - тот самый, который накануне открыл сезон купания.

«Ты всегда попадаешь в неприятности?» - спросила Яринка. «Бывает, - сознался мальчик, - хотя такое - впервые. Представь себе, зацепился за кирпич и... Очнулся здесь. Но хватит об этом, давай лучше последим за этими людьми, может, узнаем, что с нами случилось и как из этой истории выпутаться».

Греки собирались на главной городской площади - агоре. Коренастый глашатай, поворачиваясь в разные стороны, торжественно произносил: «Вперед проходите! Проходите вперед!»... Скоро на площадь сошелся едва ли не весь город. Правда, здесь были только мужчины - так заведено в греческих полисах***. Наконец шум утих и к гражданам обратился почтенный горожанин. Он говорил, что наступило время посвятить в херсонеситы молодежь. Вперед вышло несколько десятков юношей, которые по очереди произнесли присягу: «Клянусь богами и богинями олимпийскими****, что не предам Херсонес. Я буду служить народу и советовать ему самое лучшее и справедливое для государства и граждан...».

* Амфитеатр - открытое круглое или полукруглое сооружение для зрелищ с ареной посредине.

** Хитон - мужская и женская льняная или шерстяная одежда, похожая на рубашку, подпоясанную поясом с напуском.

*** Полис - античный город-государство, особая форма рабовладельческого государства.

**** Олимпййскими - Олимп-гора, на которой, согласно верованиям древних греков, жили боги.

Яринка, потрясенная увиденным и услышанным, оглянулась на своего спутника. И как раз вовремя, потому что он опять зацепился за камень на мостовой и падал. Яринка схватила его за руку и почувствовала, что летит, летит в пропасть. А когда поднялась, то была у сцены херсонесского театра. Как ни странно, рядом с ней сидел, растирая ушибленное колено, Петя. «Ну и полет!» - только и выговорила Яринка.

В завершение экскурсии по Херсонесу дети посетили музей археологических находок. Больше всего поразила всех мраморная плита со словами присяги херсонеситов. Когда экскурсовод читал текст памятника, Яринка почувствовала на себе взгляд и оглянулась. Петя, счастливо улыбаясь, шептал: «Зевс, Гея, Гелиос, Дева, божества олимпийские! Я не буду замышлять никакого несправедливого дела против кого-либо из граждан...».

Казацкая слава

Лекция по истории закончилась, и студенты-первокурсники суетливо сворачивали конспекты. Вдруг сквозь шум голосов где-то из середины аудитории крикнул растрепанный юноша:

- Уважаемый профессор, не случалось ли вам думать, что ваша слава в действительности принадлежит не вам, а казакам-запорожцам, историю которых вы так неутомимо исследуете?

Дмитрия Ивановича Яворницкого, выдающегося казаковеда, вопрос остановил почти в дверях. Мгновение поколебавшись, профессор, как всегда тихо, словно по-заговорщицки, произнес:

- Слава, дорогие мои, вещь странная. По-видимому, был прав древнеримский мудрец, когда заверял, что настоящая слава в том, чтобы делать то, что заслуживает быть описанным, и писать то, что достойно быть прочитанным...

Студенты уже не торопились идти на другие занятия, а опять сидели на местах, затаив дыхание, потому что знали, что лучшего рассказчика, чем профессор Яворницкий, не найти.

- Казацкое прошлое, которое я исследую, достойно быть не только описано, но и нарисовано. То, что слава безоговорочно принадлежит этим украинским рыцарям, я знал всегда. И много раз в этом убеждался.

- Господин профессор гордится тем, что в определенном смысле стал персонажем картины, - приобщился к разговору другой студент. - Ведь это правда, что вы, Дмитрий Иванович, позировали Илье Репину для образа писаря?

- Действительно, для меня большая честь еще и так послужить живописи. Впрочем, для славы это пустое. Расскажу вам, что пришлось мне как-то услышать от таких же студентов, как и вы.

Было это несколько лет назад. Закончив лекции, я зашел в библиотеку. Занял свободное место и погрузился в чтение. Но вскоре внимание мое привлекли двое студентов, сидевших рядом. Они все время перешептывались, кивая в мою сторону. Я прислушался. «Знаешь, профессор Яворницкий такой славолюб! - услышал я. - Уговорил Репина, чтобы тот увековечил его на своей картине, а теперь еще и кичится, рассказывая студентам, что все его узнают. Один мой приятель рассказывал, как Яворницкий хвастался своим знакомством со Львом Толстым. Говорит, что ехал однажды в поезде. В купе с ним - знаменитый писатель. Однако не успел он представиться, как Толстой первым подает руку. «Узнал вас, уважаемый, вы писарь с картины Репина “Запорожцы”».

- Именно так, дорогие, и рождаются легенды, - все еще таинственно заметил профессор и добавил: - Впрочем, часть правды в этом рассказе есть. Илья Репин списал персонажей своей картины со многих известных людей, по происхождению украинцев. Среди изображенных и генерал Михаил Драгомиров (он увековечен в фигуре кошевого Сирко), и художник Николай Кузнецов (раненный в голову казак), и коллекционер-меценат Василий Тарновский (худощавый военный судья в черной шапке и золотистой сорочке). Но только с писателем Толстым я познакомился не благодаря изображению на картине. Гостил у него, беседовали о древнем прошлом. И познакомил нас, кстати, студент.

Зал загудел. Вопросы сыпались со всех сторон. Интересовались и судьбой картины, отмеченной золотой медалью на выставке в Мюнхене, и украинскими корнями художника Ильи Репина, который родился на Харьковщине. Но больше всего расспрашивали о герое картины - кошевом атамане Иване Сирко.

- Правда ли, что из сотни походов, в которые ходил Сирко, ни один не был проигран?

- Правда ли, что он коня мог на скаку остановить?

- Мог ли кошевой в степи дорогу найти с завязанными глазами?

- Что скажете, профессор, на такой слух: говорят, прожил Серко двести десять лет, а когда умер, то казаки землю на его могилу шапками носили?.. Десницу же атаманскую семь лет после его смерти брали в походы, веря, что с рукой Серко не будут знать поражения.

Дмитрий Яворницкий улыбнулся.

- Много легенд живет о Сирко. Заверяю вас, что уважали казацкого атамана даже его противники. Нечего и говорить о тогдашних властелинах! Переписывался он и с царем московским, и с королем польским.

- Значит, легенда о письме турецкому султану, которой посвящена картина Репина, - не выдумка? - не утихали студенты.

- Возможно, кто-то из вас совершит открытие, разгадав эту загадку казацкой истории. Несомненно лишь то, что свободолюбием, радостью и юмором, свойственными запорожцам, преисполнены и письмо, и картина.

Студенты расходились со смехом, подбадривая друг друга казацкими остротами и шутками, которых вспомнили немало. Видно, и действительно слава казацкая - не только в военном мастерстве, но и в остроумном слове, душевной песне, искреннем смехе.