Украина: история. Субтельный Орест

Украинские политические партии

Политический подъем 1890-х — начала 1990-х, охвативший русский и другие народы империи, не обошел и украинцев. С одной стороны, их активность была ответом на репрессии 1880-х годов, с другой — она была вызвана вдохновляющим примером русских радикалов с их динамизмом и свежими идеями. Не менее важным стимулом стало появление нового поколения украинских деятелей, уже не испытывавших колебаний по поводу своего национального «Я», с гордостью именовавших себя «сознательными украинцами» и воинственно выступавших в защиту национальных прав, политической свободы и социальной справедливости для своего народа.

Это поколение «новых» украинцев в большинстве своем складывалось в гимназической и университетской среде: здесь устанавливались личные связи и развивались идеи, ведущие к противостоянию с царизмом. Путь молодых людей в украинское движение — хорошо известный сюжет. Поначалу молодой человек попадал под влияние «подрывных» идей в гимназии, где либеральный учитель или старшие товарищи знакомили его с контрабандными изданиями и вовлекали в деятельность тайного дискуссионного кружка. Уже в университете он вступал в студенческую громаду; некоторые из них, например в Киеве и Петербурге, насчитывали сотни членов. Состоя в громаде, студент входил в обстановку идеологических дискуссий, знакомился с известными деятелями и часто принимал участие в нелегальной деятельности (обычно это было издание и распространение антицаристской литературы).

Радикализация студенчества углублялась в ходе его конфликтов с правительством. Например, в 1901 г. оно насильно отдало в солдаты 183-х студентов-активистов Киевского университета. Это привело к массовым студенческим забастовкам солидарности и новым исключениям студентов, после чего многие из них окончательно становились на путь революционной борьбы. Разумеется, основная масса студентов вообще не участвовала в политической деятельности или оставляла ее до окончания учебы. Тем не менее почти все украинские политические лидеры в свое время были известны именно как студенческие активисты и являлись членами студенческих громад, служивших своеобразным первичным строительным материалом для украинских политических организаций.

Организационный дебют этих молодых «сознательных» украинцев состоялся в 1891 г., когда группа студентов, возглавляемая Иваном Липой, Борисом Гринченко и Миколой Михновским, собралась на могиле Тараса Шевченко и основала «Братство тарасівців». Обеспокоенные тем, что лучшая украинская молодежь уходит в русские революционные организации, деятели братства решили превратить украинское движение в серьезную альтернативу русскому радикализму и русской культуре в целом. Они установили связи со студенческими группами в Киеве, Одессе, Полтаве и Чернигове, содействовали организации лекций, постановке пьес, устройству праздников в честь Т. Шевченко. Некоторые члены этих групп присоединились к издательскому обществу, включавшему почти 80 членов, в основном учителей начальных школ, которое занималось распространением украинской литературы среди студентов и крестьян. Липа и его товарищи также призывали украинских писателей следовать в своих произведениях европейским, а не русским образцам.

Однако наиболее примечательным достижением «Братства тарасівців» была публикация их знаменитого «Profession de foi молодих українців» во Львове ком журнале «Правда». Этот впечатляющий документ был проникнут воинствующей национальной идеей и содержал острую критику украинофилов за их интеллектуальную зависимость от русской культуры. Его авторы уверенно провозглашали свое намерение стать теми, кем никогда не было старшее поколение,— истинно украинской интеллигенцией. Как свидетельство своего «бескомпромиссного украинства», они обязывались говорить только по-украински, воспитывать своих детей в «украинском духе», требовать преподавания украинского языка в школах и защищать украинское дело в любых обстоятельствах. Их политической целью было признание украинцев отдельной нацией в составе демократической федеративной России. Однако, несмотря на эти смелые декларации и лихорадочную культурную деятельность, братству не удалось добиться каких-либо существенных практических результатов, и оно вскоре растворилось в других украинских политических группировках.

Общий гул недовольства, появление новых групп во главе с молодыми руководителями, количественный рост громад — все это в конце концов заставило действовать — после долгого перерыва 1880-х годов — и старшее поколение украинских деятелей. В 1897 г. по инициативе Антоновича и Кониского была создана тайная организация, в задачу которой входило объединение всех украинских общественных сил в империи. Новая организация являлась федерацией около 20 громад, многочисленных студенческих групп и отдельных лиц. Она называлась «Загальна безпартійна українська організація» (ЗБУО), центр ее находился в Киеве. По данным полиции, ее актив насчитывал около 450 человек, из них около 100 жили в Киеве. Как обычно, первым мероприятием ЗБУО стала организация украинского печатного слова. В Киеве были основаны издательство и книжный магазин. ЗБУО также проводила празднования годовщин Т. Шевченко и других выдающихся украинских писателей, что способствовало подъему морального духа украинцев. В этом отношении особенно знаменательными стали юбилеи Ивана Котляревского (1903 г.) и Миколы Лысенко (1904 г.), в которых приняли участие тысячи украинских интеллигентов, в том числе с Западной Украины. Для помощи лицам, пострадавшим от преследований полиции, ЗБУ О создала специальный денежный фонд. Впрочем, если появление ЗБУ О и свидетельствовало о том, что старшее поколение украинцев осознало необходимость организации, природа ее деятельности показала, что они по-прежнему не желают перейти от культурничества к политике. Таким образом, и к концу XIX в., когда даже национальные меньшинства (евреи и поляки) уже создали свои политические партии, украинцы еще не решились на это.

«Революційна українська партія». Вновь именно в Харькове возникла группа студентов, включавшая Л. Мациевича, Ю. Колларда, О. Коваленко и сыновей некоторых старых украинофилов, таких как Дмитро Антонович, Михайло Русов и Д. Познанекий, которая взяла на себя инициативу создания партии. В январе 1900 г. они основали «Революційну українську партію» (РУП) — хорошо организованную конспиративную группу. Целью этой первой в Восточной Украине политической украинской партии было объединение разных поколений и слоев общества в борьбе за национальные права и социальное освобождение. Особую готовность поддержать инициативу харьковчан проявило студенчество. К 1902 г. действовало уже шесть «громад» РУП — в Киеве, Харькове, Полтаве, Лубнах, Прилуках и Екатеринославе, их деятельность координировал Центральный комитет. К партии присоединился также ряд небольших групп студентов и гимназистов. Во Львове (Галичина) и Черновцах (Буковина) были созданы заграничные бюро партии, осуществлявшие ее издательскую деятельность. РУП издавала журнал «Гасло» и газету «Селянин», тайно ввозившиеся в Российскую империю и распространявшиеся среди крестьянства.

Вскоре партия столкнулась с трудностями, прежде всего идейного порядка — у нее не было четкой программы. С самого начала возникла проблема: каким вопросам следует уделять больше внимания — национальным или социально-экономическим. Сперва, когда партия издала брошюру «Самостійна Україна», написанную пламенным националистом Миколой Михновским, казалось, что больший вес в ее деятельности будут иметь национальные проблемы. Однако со временем, когда возникла необходимость расширения влияния партии за пределы круга «сознательных украинцев» и завоевания крестьянства, РУП переместила акцент на социально-экономические вопросы. Кроме того, многие ее члены все более проникались марксистскими идеями, что вело к постепенной трансформации партии в социал-демократическую организацию.

Все это усиливало напряженность в отношениях между членами РУП. Большинство во главе с Миколой Поршем, Володимиром Винниченко и Симоном Петлюрой стояло на том, что организация должна быть национальной партией, состоящей из украинцев, но соединяющей национальные постулаты с марксизмом. Другие (их взгляды наиболее четко выражал Марьян Меленевский) считали, что РУП должна нивелировать свое национальное лицо и превратиться в автономное отделение Российской социал-демократической рабочей партии, представляющей всех рабочих Украины, независимо от национальности.

Здесь необходимо остановиться на природе фракционности. Радикальная интеллигенция вела с царской автократией ожесточенную борьбу, сам характер которой не благоприятствовал возникновению атмосферы терпимости, в которой можно было бы открыто и спокойно обсуждать разные проблемы. Эта борьба также исключала возможность выработки таких давно известных на Западе начал, как искусство компромисса и власть большинства в принятии решений. Поэтому фракционность была характерной практически для всех направлений революционного движения. Если какая-либо группа революционеров не соглашалась с другой, она обычно ни за что не отступалась от своих позиций и фанатично обвиняла идеологических оппонентов в лучшем случае в глупости, в худшем — в реакционности. Затем, убежденная в своей правоте, эта группа порывала со своей организацией и создавала собственную. Нередко презрение к бывшим коллегам было не менее сильным, чем ненависть к царскому режиму.

То, что украинцы не составляли здесь исключения, свидетельствуют расколы, происходившие в РУП. В 1902 г. небольшая часть членов партии, находившаяся под влиянием радикально националистических идей Михновского, откололась от РУП и создала крошечную «Народну українську партію». Через два года довольно значительное меньшинство, взявшее сторону Меленевского, оставило партию, чтобы присоединиться к русским социал-демократам. Фракция Меленевского (называвшаяся «Спілка») претендовала на роль ведущей марксистской партии в Украине, опирающейся на поддержку российской организации. То, что осталось от РУП, переименовалось в «Українську соціал-демократичну робітничу партію» (УСДРП), продолжавшую соединять в своей программе национальные постулаты и марксизм.

Примечательным аспектом деятельности РУП были ее отношения с неукраинскими марксистскими партиями. Контакты с российскими социал-демократами подтвердили давние опасения их украинских коллег в том, что русские революционеры в своей склонности к централизму почти не отличаются от царского правительства. Время от времени, когда РУП пыталась установить сотрудничество с РСДРП, между ними вспыхивали бесплодные дискуссии, поскольку последняя отказывалась гарантировать украинской организации автономию в случае объединения сил. Отношения РУП с Польской социалистической партией и особенно с еврейским Бундом, наоборот, были просто прекрасными. Особенно наглядно это проявлялось, когда РУП беспощадно критиковала дискриминацию евреев в России, а Бунд поддерживал украинцев в их стремлении к автономии в случае их объединения с РСДРП.

Умеренные. РУП не только породила другие партии, она также вынудила украинских умеренных, объединенных в ЗБУО, предпринять шаги, на которые они долго не решались. В 1904 г. по призыву Евгена Чикаленко съезд ЗБУО принял решение преобразовать организацию в либеральную партию, в задачи которой входили установление конституционного строя, проведение социальных реформ и обеспечение полных национальных прав украинцев в составе федеративной Российской республики. В немалой степени это решение было вызвано опасениями, что молодые радикалы-социалисты возглавят национальное движение и поведут его по такому пути, по которому трудно будет следовать респектабельным профессорам, правительственным чиновникам и земским деятелям. Разумеется, и здесь возникли идеологические конфликты и фракционные расколы, однако в 1905 г. либералы, создавшие сразу две партии — радикальную (с левыми тенденциями) и демократическую (более умеренную), объединились, избрав название «Українська демократично-радикальна партія» (УДРП). Но и под новой вывеской она по сути оставалась либеральной партией, родственной российским кадетам.

Таким образом, к 1905 г. украинское движение значительно выросло. В нем выделились различные партии, предлагавшие целый набор рецептов решения национальных, политических и социально-экономических проблем в Украине. Однако все эти партии по-прежнему состояли в основном из интеллигенции и между ними не было единства. Кроме того, поскольку почти вся украинская интеллигенция в той или иной степени склонялась к левым взглядам, в украинском политическом спектре отсутствовал консерватизм, что заставляло его сторонников присоединяться к российским консерваторам. И все же, несмотря на все эти недостатки, было ясно, что украинское движение наконец вышло за пределы культурничества и вступило в новую, политическую фазу развития.