Украина: история. Субтельный Орест

13. Рост национального самосознания

XIX столетие, пожалуй, не знало себе равных по расцвету самых всеобъемлющих, разнообразных и захватывающих новых идей. Правда, еще в эпоху Возрождения начался отход от средневековой веры в то, что весь мир — в воле Божьей, а значит и познать его нельзя иным путем, кроме познания этой воли. Но в XIX в. сомнения, посеянные ренессансными мыслителями, наконец дали всходы, и уже ничто не мешало образованным европейцам полностью утвердиться в мысли о том, что разум человеческий вполне способен и познать, и изменить человеческую жизнь. Именно эта уверенность и привела к невиданному расцвету идей и идеологий. Более того, идеология, т. е. система взглядов, претендующая на объяснение прошлого и настоящего и указание путей к лучшему будущему, становится в это время главной движущей силой истории.

Все эти мировоззренческие новшества с необычной остротой проявились в Восточной Европе, выдвинув в авангард политических изменений в этой части Земного шара особую социальную группу, которая специализировалась на обосновании и распространении идей и мобилизации масс на службу той или иной идеологии. Таких людей, отдаленно напоминающих западных интеллектуалов, в Восточной Европе называют интеллигенцией.

Национальная идея и стала одной из тех, при помощи которых интеллигенции удалось наиболее эффективно овладеть массами. Как мы дальше увидим, концепция нации дала совершенно неожиданный ключ не только к познанию общ ест ва, но и к руководству его поведением. Утверждение ее в Украине, как и во всем мире, безошибочно свидетельствовало о наступлении той эпохи, которую мы называем современной: с понятием нации пришли идеи и проблемы, которые и поныне остаются с нами.

Концепция нации

Сегодня понятие нации является настолько распространенным, что нам трудно себе представить, насколько туманными были представления о нациях в начале XIX в., в пору их медленного, постепенного формирования в Восточной Европе да и во многих других регионах Земного шара. Сказанное вовсе не означает, что до той поры народы не замечали между собой никаких различий. Люди всегда были душевно привязаны к родной земле, ее языку, обычаям и традициям. Но до определенного времени все эти этнические особенности не становились главным критерием, при помощи которого человек отождествлял себя с той или иной группой себе подобных. Правовые и социально-экономические отличия — отличия между сословиями феодального общества, т. е. внутри народа — считались более важными, чем отличия между народами. Иными словами, украинский, русский, польский дворянин чувствовал общность с дворянами в других странах в гораздо большей степени, чем с крестьянами или мещанами в своей собственной. И лишь в XIX в. возникает новое чувство, основанное на общности языка и культуры. В Украине, как и повсюду в мире, возникновение и постепенное распространение идеи нации, основанной на этническом родстве, становится одной из главных тем Новой истории.

Подспудно вызревая в недрах европейского общества XVIII в., идея нации впервые обнаружила себя во время событий Великой французской революции, ознаменовавшей распад феодальной и рождение новой политической и социально-экономической системы, в которой массы начинают играть более активную роль. Под влиянием этой идеи все больше европейцев начинают воспринимать мысль о правах личности и постепенно приходят к убеждению, что носителем суверенитета является народ, а не его правители. И народ, простой народ наконец-то занимает подобающее ему место в умах: его речь, его обычаи, его традиции начинают цениться превыше всего, и из соединения этих ключевых элементов со временем возникает чувство национальной общности, национальное самосознание.

Убедительные обоснования важности местных языков и фольклора приводил в своих трудах немецкий философ Иоганн Гердер. В противовес «безличным и безжизненным» имперским системам, «искусственным» увлечениям иностранными модами и языками, царившим при дворах монархов и в салонах знати, Гердер все свое внимание сосредоточил на этнически своеобразной культуре крестьянства. Известный историк Ганс Кон писал: «Гердер был первым, кто провозгласил, что человеческая цивилизация существует не в универсальных и общих для всех, а в национально-своеобразных проявлениях; каждое проявление должно быть неповторимым, а его оригинальность состоит в духе и языке нации. Человек по своей природе и истории — прежде всего член некоей национальной общности и лишь как таковой действительно может быть творцом».

Среди интеллигенции Восточной Европы, пребывающей под прессом империй, взгляды Гердера нашли особенно горячий отклик. И именно интеллигенция, развивая и распространяя идею нации, сделала ее достоянием восточноевропейских народов.

Впрочем, каждый из этих народов прошел свой путь становления национального сознания, часто во многом отличный от других. И все же современные ученые говорят о существовании трех основных этапов развития национальных движений в Восточной Европе, в каждом из которых обнаруживают ряд сходных черт.

На первом, так сказать, «ностальгическом» этапе небольшая группа ученых собирает исторические документы, фольклор и предметы старины, чтобы сохранить хотя бы память о своем народе, который, как они полагают, вскоре должен вовсе исчезнуть с лица земли, поглощенный имперской культурой.

Второй — «культурнический» этап, или этап «возрождения»,— обычно сопровождается неожиданным и бурным интересом к местным языкам, все более широком использовании их в литературе и образовании.

Наконец, третий этап — политический: появляются национальные политические организации и выдвигаются национально ориентированные требования, в той или иной степени включающие требование политического самоопределения. Как мы убедимся, в эту общую модель хорошо вписывается эволюция украинского национального самосознания.