Украина: история. Субтельный Орест

Изменения в церкви

Поначалу могло показаться, что восстание 1648 г. пойдет на пользу православной церкви. Сам Богдан Хмельницкий любил повторять, что защита православия — главная цель восставшего народа. И он, и его преемники щедро раздавали церкви земли и привилегии. Однако несмотря на то, что церковь получила 17 % всей пахотной земли и таким образом стала значительной экономической силой, политическое ее значение постепенно падало.

При первых гетманах киевские митрополиты (как, например, Сильвестр Косив и Дионисий Балабан) пользовались почти полной свободой действий. Вожди казачества не вмешивались в дела церкви; духовенство и церковные крестьяне составляли как бы автономную часть украинского общества. Даже в отношениях с царями и польскими королями (среди подданных которых по-прежнему оставалось множество православных) киевские митрополиты действовали, как считали нужным, по сути проводя самостоятельную политику.

Однако в 1658 г. вопрос о том, кому принадлежит право духовной юрисдикции над украинской православной церковью, приобрел неожиданную политическую актуальность из-за решения митрополита Балабана перейти вслед за Выговским на сторону поляков. Москва не могла допустить, чтобы духовный пастырь украинских православных находился на территории враждебной Польши. Поэтому царь назначил черниговского архиепископа Лазаря Барановича «временным» митрополитом Левобережья. Таким образом, в православной иерархии, как и во всем украинском обществе, произошел раскол. Затем под давлением московитов украинская церковь вышла из-под прямой юрисдикции патриарха константинопольского, перейдя под юрисдикцию патриарха московского.

Украинское духовенство Левобережья поначалу сильно сопротивлялось московскому подчинению, ибо считало московскую церковь «ниже» украинской, и прежде всего в культурном смысле. Но после нескольких десятилетий осторожных и тактичных уговоров украинцы в конце концов согласились с доводами Москвы, и в 1686 г. новоизбранный митрополит, князь Гедеон Святополк-Четвертинский, дал благословение на переход своей церкви под юрисдикцию московского патриарха. Гетман Самойлович, казацкая старшина, мелкое духовенство и братства единодушно поддержали это решение.

Тем временем на Правобережье поляки со всевозрастающей жестокостью преследовали православие. С переходом в греко-католичество таких значительных епархий, как Львовская, Перемышльская и Луцкая, православная церковь на всей Правобережной Украине вступает в полосу упадка.

* * *

Едва установившись, новый казацкий порядок в Украине в эпоху Руины столкнулся с катастрофическими внутренними и внешними противоречиями. Во времена Хмельницкого казачество было грозной, воинствующей силой. Двадцать же лет спустя Казацкая Украина представляла собой беспомощную жертву внутренних распрей, чужеземных вторжений и разделов. Причинами ее поражений и неудач в тот период были, во-первых, внутренний конфликт в казацком обществе — между элитарным и эгалитарным пониманием общественного развития; во-вторых, сильнейшее внешнее давление на еще не сформированное казацкое общество трех самых могущественных держав Восточной Европы — Московии, Польши и Оттоманской Порты; наконец, в-третьих,— отсутствие у казаков четкого понимания стоявших перед украинским обществом политических целей, а также отсутствие соответствующих институтов эффективного управления всеми слоями этого общества. Вот почему в эпоху Руины Казацкая Украина сумела сохранить лишь часть своих завоеваний 1648 года.