Вісник - Випуск 41 - 2009

Деятельность Д. В. Философова в среде русской эмиграции в Польше (1920 - 1940 гг.)

Діяльність Д. В. Філософова та російська еміграція у Польщі (1920-1940 рр). Д. В. Філософов був відомим журналістом, художнім і літературним критиком, громадським діячем, який грав важливу роль у середовищі російської еміграції у Польщі. У 1920-1924 роках він активно займається громадсько-політичною діяльністю і співпрацює з Б. В. Савінковим. Однак головну увагу Д. Філософов приділяє публіцистиці. Тут він показав себе талановитим журналістом, виступаючим захисником різних інтересів емігрантів. Д. Філософов вніс важливий вклад до культурно-просвітницької роботи, яка була направлена на збереження національних особливостей та російських духовних цінностей. Його незалежна позиція з питань емігрантського життя часто і несправедливо ставала предметом критики як монархічного, так і демократичного табору.

Ключові слова: Росія, емігрант, нансенівський паспорт 

Д. В. Философов (1872 - 1940 гг.) являлся известным журналистом, художественным и литературным критиком, общественным деятелем, игравшим важную роль в среде русской эмиграции в Польше в межвоенный период. Однако благодаря «стараниям» эмигрантов, вернувшимся после окончания Второй мировой в СССР, его деятельность оказалась искажена, а потом некритически воспроизведена в исследованиях советских литературоведов.

В 90-е годы ХХ века появились публикации, которые свидетельствовали о росте интереса к личности и деятельности Д. В. Философова. Благодаря усилиям земляков Д. В. Философова в поселке Бежаницы Псковской области, начиная с 2004 г., организовываются чтения, посвященные культурному наследию рода Философовых. На чтения, проведенных в 2005 и 2007 годах, было представлено несколько докладов, освещавших творчество Д. В. Философова. Развернутая характеристика публицистической и издательской работы Д. В. Философова дана в статье Т. М. Симоновой. Здесь же рассмотрены некоторые стороны его общественной и политической деятельности в польский период.

Однако его роль в среде русских эмигрантов в Польше требует более детального и объективного освещения. В конце декабря 1919 г. Д. Философов, З. Гиппиус, Д. Мережковский и В. Злобин эмигрировали из России и через Бобруйск, Минск, Вильно, прибыли в Варшаву. Здесь началось их сотрудничество с Ю. Пилсудским и Б. Савинковым (с последним Д. Философов познакомился в 1906 г. в Париже), ибо с самого начала видели спасение от большевизма в иностранной интервенции и, в частности, в поляках.

Но подписание советско-польского перемирия в октябре 1920 г. вызвало разочарование в польском мессианстве и антибольшевизме Ю. Пилсудского, а также пригодности Б. Савинкова для «дела России» привело к серьезным расхождениям с их давним другом и неизменным спутником Д. Философовым.

В октябре 1920 г. они переехали в Париж, а Философов остался в Варшаве. З. Гиппиус считала, что главная причина разрыва с Д. Философовым, после пятнадцати лет сотрудничества, лежала в его природе и склонности - к деятельности общественно-политической. В Польше он сближается с Б. Савинковым и становится, по его предложению, заместителем председателя товарища Русского Политического, а затем Эвакуационного Комитета в Варшаве (июль- октябрь 1920 г.). В конце 1920 г. на территории Польши оказались интернированы две русские армии, и забота о них легла на Русский Эвакуационный Комитет (РЭК). Тяжелое положение солдат и офицеров в лагерях (их имелось около двух десятков) постоянно привлекало внимание русской зарубежной прессы. Особый «резонанс» в стране вызвала статья в «Общем доме» (Париж) под заголовком «Люди гибнут». 31 мая 1921 г. с докладом, посвященным этой статье, выступил Д. Философов на заседании Ликвидационной комиссии РЭК и заявил, что она дает совершенно неверное освещение положения интернированных в Польше. Разочаровавшись в интервенции и белом движении, Б. Савенков разрабатывает свою концепцию борьбы с большевиками. В связи с этим принимается решение восстановить Народный союз защиты родины и свободы (НСЗРиС), созданный в 1918 г. В качестве основной задачи была выдвинута концепция борьбы за «третью Россию», построенной на крестьянской собственности и на союзе народов. Однако деятельность Б. Савинкова и его сторонников, в том числе и Д. Философова, ожидаемых результатов не дала. По требованию Советского правителсьтва, польские власти осенью 1921 г. выслали из страны Б. Савинкова и лиц из его ближайшего окружения.

В создавшейся ситуации руководство НСЗРиС пришлось осуществлять в 1921 -1924 гг. Д. Философову. Работа велась, главным образом, в лагерях, интернированных и направлялась на сплочение приверженцев «Третьей России», первостепенное внимание уделялось улучшению материального положения интернированных.

После заключения Рижского договора 18 марта 1921 г. возможности для открытой антисоветской деятельности в стране сократились. Особую роль в такой ситуации играла эмигрантская пресса. Она освещала различные стороны жизни русских беженцев: правовой статус, жилищнобытовые условия, трудоустройство, культурно-просветительную деятельность и т.д. Д. В. Философов с 1920 г. входил в состав редакции газеты «Свобода» («За свободу»), а в 1921 -1932 гг. являлся ее главным редактором. Естественно, он не только выражал чаяния эмигрантов и защищал их насущные потребности, но и пытался влиять на их взгляды и настроения. 11 февраля 1921 г. Д. Философов выступил на заседании «Союза возрождения России» с докладом «Задачи русской эмиграции». В нем он констатировал, что период вооруженной борьбы закончился неудачей (к такому же выводу пришел один из лидеров кадетов П. Н. Милюков). Но это не означало, что нужно прекратить борьбу и примириться с большевиками. Необходимо только главное внимание обратить на культурное воспитание русской эмиграции, на сохранение тесной связи с наиболее здоровой и жизненно крепкой частью русского народа - крестьянства. Решая эту задачу, современная эмиграция должна идти по пути старой русской эмиграции царского периода.

Прибывшие в Польшу русские эмигранты образовали такую категорию иностранцев, к которой оказалось сложно применить принцип взаимности, либо местное законодательство. Поэтому первостепенное значение приобрел вопрос об их правовом статусе. Все лица бывшей Российской империи, не польские граждане, проживали в пределах Польши по особым документам: картам побыта (беженцы) и картам азиля (политические эмигранты). Для того, чтобы решить судьбу 1.5 - 2 млн беженцев из России, Лига наций назначила Ф. Нансена Верховным комиссаром по делам русских беженцев. Но кандидатура Нансена не являлась бесспорной. Совмещение им двух должностей - Верховного комиссара по борьбе с голодом в России и Верховного комиссара по беженским проблемам - не удовлетворяло российскую эмиграцию. Деятельность Нансена вызвала резкую критику в Польше. Газета «За свободу» в своей редакционной статье, написанной Д. Философовым, обвинила Ф. Нансена в том, что «чрезмерно близок г. Нансен к Советам. И для эмигрантов остается абсолютно незыблемым, что человек стоящий чрезвычайно близко к советской власти не может оставаться во главе дела оказания помощи непримиримым врагам этой власти». Введение нансеновских паспортов (1922 г.) вызвало негативную оценку редактора «За свободу». Он считал, что они ущемляли права политических эмигрантов и приравнивали их к беженцам. Иронически называет их филькиной грамотой и волчьим паспортом. Редактор газеты «За свободу» систематически обращал внимание польских властей и общественности на сложное положение русских эмигрантов. «Эмиграция без различия пола, положения и партийной принадлежности, - отмечал Д. Философов, предпочтет «хитроумную политику» чехов, «нехитроумной политике поляков». Русскому беженцу в Чехословакии выдавалось удостоверение, так называемый «пруказ», а при выезде из страны, так же, как и гражданам ЧСР - «цестовни пас».

Особый резонанс среди эмиграции в стране вызвало письмо Б. Савинкова, доставленное нарочным из внутренней тюрьмы ГПУ и полученное Д. Философовым 16 сентября 1924 г. В нем бывший соратник Д. Философова признавал, что, сражаясь против советской власти, ошибался, и то же призывает сделать эмигрантов. В ответ Д. Философов публикует подборку материалов «Предатели», где с горечью пишет: «Спасибо, что вы открыли глаза и дали все основания считать вас человеком, конченным в политическом и моральном отношении». Тем не менее, он остался верен «идее Савинкова» и тяжело переживает изменение его политической позиции и трагическую смерть. Отказавшись от примирения с большевиками, эмиграция начала подготовку к проведению Зарубежного съезда. Он призван был не только объединить эмигрантов и разработать единую программу антибольшевистской деятельности, но и выдвинуть «вождя», служившего символом этой борьбы. Поддержка монархически настроенной частью русской эмиграции в Польше в качестве «вождя» эмиграции Николая Николаевича, привела к расколу в ее рядах и организационному оформлению ее демократического крыла. В Варшаве возникла Русская Демократическая группа (РДГ). Одним из основателей объединения являлся и Д. Философов. Поэтому вряд ли можно согласиться с мнением В. Станиславского, что Д. Философов формально сторонился чисто политической деятельности. Работа редактора газеты «За свободу» часто становилась объектом критики со стороны зарубежной эмиграционной прессы. Так, «Руль» (Берлин) обвинил Д. Философова в том, что корреспонденты русских заграничных газет в Варшаве, якобы по его вине, находятся в исключительно тяжелых для выполнения своих профессиональных обязанностей условиях. Эти тяжелые условия являются прямым результатом своеобразной цензуры, организованной по отношению к варшавским корреспондентам русских газет редакцией «За свободу». Газета взяла на себя неблагодарный труд отмечать в своем «Отделе печати все те фразы и отдельные слова из корреспонденций заграничных русских газет из Варшавы, которые смогут быть истолкованы как признак политической неблагонадежности, недоброжелательного отношения к Польше со стороны варшавских русских журналистов». В связи с этим следует отметить, что такой известный знаток русской эмиграционной литературы и прессы как Г. Струве отмечал, как достоинство, что «За свободу» (а позже «Меч») имели хорошо поставленный и разнообразный литературнокритический отдел. Являясь редактором единственной общепольской русской эмигрантской газеты в стране, Д. Философов, учитывая реальную общественно-политическую ситуацию, настроения монархической и демократической эмиграции, освещал деятельность различных эмигрантских и меньшинственных организаций, естественно давал свою оценку, и часто критическую, их работы.

Вторая половина 20-х годов характеризуется ростом эмигрантского «активизма». Ставка делается на организацию индивидуального террора против лидеров компартии и ее руководящих структур. 7 июня 1927 г. было совершено покушение на полпреда СССР в Варшаве. Покушавшимся оказался Б. С. Коверда. Он заявил, что основной причиной, побудившей его стрелять в Войкова, было намерение отомстить за причиненные России коммунистическим режимом бедствия, а Войков являлся активным деятелем этого режима. Газета «За свободу» на своих страницах подробно освещала обстоятельства убийства, следствие и судебный процесс над Б. Ковердой. Покушения и инциденты с советскими представителями происходили в 1928 и 1930 годах. Польские власти в связи с этим усилили репрессии против эмигрантов. В газете «За свободу» Д. Философов напечатал статью, где указывал на необходимость создания новой авторитетной организации, могущей защитить интересы эмигрантов. Пропаганда газеты «За свободу» идеи необходимости создания новой авторитетной эмигрантской организации способствовала возникновению осенью 1930 г. Российского Общественного Комитета (РОК). В состав правления РОК вошел и Д. Философов.

Важным шагом на пути объединения различных политических течений в эмиграции явилось издание новой ежедневной газеты «Молва» (1932 - 1934 гг.), в которой Философов возглавлял редакционный комитет. В своей публицистической деятельности он по-прежнему уделяет постоянное внимание положению в эмигрантских организациях. В статье «Об эмигрантских организациях» он пишет, что эти учреждения постепенно замораживаются, как германские кредиты, но не только потому, что сейчас кризис и т.д., а потому, что на помощь старшему поколению не приходит живая творческая сила поколения второго. Он особо подчеркивает главную задачу эмигрантских учреждений, в общении с безымянной эмиграцией, в ее оживлении, а об этом, к сожалению, забывают, вот поэтому эмигранты и «каменеют». С другой стороны, Д. Философов считал, что слишком много накопилось в эмиграции стекла и слишком мало в ней булата. Следовательно, из ее среды необходимо изгнать, прежде всего, дух пораженчества. Отвечая на вопрос: «От чего зависит возрождение эмиграции?» Д. Философов писал, «что, если эмиграция сохранит свою идею (а он в это твердо верил, что именно так и будет), сохранит свое бытие и волю к действию, благодаря сохранившемуся в ее рядах духу активизма». Проводя курс на возрождение эмиграции, а это непросто было сделать после подписания советско-польского договора 1932 г., Д. Философов начинает с 1934 г. издавать еженедельник «Меч» (1934 -1939 гг., после № 21 - газета). Девизом нового издания стал лозунг «Не мир, но мечь». В редакционной статье «Чего мы хотим?» отмечалось, что наступило время, когда, во истину, эмиграции надлежит пробудиться, выйти из состояния блаженного успения и тупого прозябания. Иначе эмиграция погибнет, сойдет на нет, потеряет смысл своего существования.

Подводя общий итог публицистической деятельности Д. В. Философова, можно сослаться на мнение Г. Струве, который относит его к высококвалифицированным публицистам.

Анализируя многогранную деятельность Д. Философова, нельзя не упомянуть о его вкладе в культурно-просветительную роботу, направленную на сохранение национального облика и сохранение русских духовных ценностей. С первых дней своего пребывания в Польше он стремился поддерживать молодых талантливых писателей и поэтов, без которых эмиграция исчезнет и потеряет свое лицо. В 1921 - 1925 гг. в Варшаве существовало литературное объединение «Таверна поэтов». Заседания объединения проходили в редакции газеты «За свободу» и в них активное участие принимали ее сотрудники во главе с Д. Философовым. Он являлся председателем Союза русских писателей и журналистов, созданного в 20-е годы. В 1929 - 1935 гг. Философов был почетным председателем «Литературного содружества» в Варшаве, являвшегося литературной секцией Союза русских писателей и журналистов. Собрания содружества (поначалу закрытые, потом публичные) посвящались авторским докладам и рефератам на историколитературные и историко-культурные темы. Сам Д. Философов на них часто выступал с докладами. На собраниях содружества делали доклады и приезжавшие в Варшаву К. Бальмонт, И. Северянин и другие. Издававшаяся в Риге газета «Сегодня» в номере от 16.03.1934 г. обвинила в «духовном снобизме» тоненький слой высококвалифицированной литературной молодой интеллигенции, входившей в Литературное содружество. Д. Философов отверг эти обвинения как несостоятельные и подчеркнул, что, если эмигранты не будут повышать культурный уровень, если эмиграция не будет стремиться к созданию группы талантливых читателей, а затем - талантливых писателей, то эмиграция исчезнет, потеряет свое лицо, потеряет ощущение русского языка и уважение к нему. В 1934 - 1936 гг. Д. Философов, продолжая традиции петербургского Религиозно-философского общества (1904 г.), организовал у себя на квартире литературный кружок «Домик в Коломне». Выступая «под знаком А. С. Пушкина», объединение утверждало всемирность как основную традицию русской культуры. В этих заседаниях принимали участие не только русские, но и польские писатели. Вспоминая атмосферу этих встреч, М. Домбровская подчеркивала, что они «пожалуй, единственное место в Варшаве, где господствует еще хороший вкус, в основном благодаря пану Дмитрию». Среди польской культурной элиты были представлены: М. Домбровская, З. Налковская, Ю. Тувим, супруги М. и Ю. Чапские, С. Стемповский. Контакты эти, по мнению Философова, призваны были внести свой вклад в решение непростой задачи строительства мостов между поляками и русскими. Выступая против польской школьной политики, ущемления интересов православного населения, нарушения прав русского национального меньшинства Д. Философов, в то же время, стремится к равноправному диалогу двух культур. Своими многочисленными публикациями, посвященными культуре, он пытался показать русскому читателю наиболее важные события польской культурной жизни.

Особый резонанс среди русских эмигрантов в различных странах вызвала инициатива Д. Философова создать «Русскую Зарубежную Академию Литературы» и определить, какие должны быть, по его мнению, критерии отбора академиков. Однако эта инициатива Д. Философова получила негативную оценку сначала в эмигрантской, а потом оказалась оп сути повторена в российской литературе. Причем полностью игнорируется тот факт, что появление проекта и публикация на страницах «Молвы» списков произведений эмигрантских писателей, преследовала цель опровергнуть утверждения советских авторов о полном ничтожестве русской зарубежной литературы.

Д. В. Философов в течение 20 лет принимал активное участие в общественно-политической и культурной жизни русской эмиграции в Польше. В 1920 - 1924 гг. он являлся участником организаций, созданных Б. Савинковым. Но главное внимание публицист уделял прессе. На этом поприще проявил себя талантливым публицистом, защищавшим самые разнообразные интересы эмигрантов. Часто и несправедливо Д. Философов становится объектом критики как «левой», так и «правой» эмиграции.