Наскрізний зріз української історії від найдавніших часів до сьогодення

Промова князя Костянтина Острозького з приводу гонінь за віру та передачу під суд екзарха константинопольського патріарха Никифора (1580-ті pp.)

Припоминаючи зацност дому своего княжацкого з Руских князей, заслуги их в речи-посполитой в статечности и у православию, потом своє заслуги, почавши от Жикгмонта кроля старого, дедакороля его милости, потом Августа вуя его, потом Генрика и Стефана королей Польских, при том миловал продки его королевской милости, так и его королевской милости потомки и иж сам чинил и инших до того вел, же и за морем шукали крови панов своих змерлых, розумеючи его королевскую милость, же мел, так же як дед и вуй его, миловати подданых своих.

Здоровье свое, кошты, все для того важил; наконец собою самым к воли его королевской милости был радетелен и дотрымал статечне, а неприятелеви не дал на тот час будучому канцлерови Замойскому приязни, и его королевскую милость на панство припровадил: якож признал то и король его милость, же ему теж взаємную ласку показал, а потомство его при боку своем посадил и учтил, одного сына по правицы, а другого по левицы, и так утеши был старость его.

Нижьли неприятель, который воздвигнул войну на православие, видячи его моцно стоячого у вере святой, не хвеючися, еще побудил без данья причины того, которому он в пригоде его великим был неприятелем, канцлера и гетмана коронного: который припомневши неприязни его, над учтивость, невинность и добрую славу гонит слуг его, людей добрых, невинных на вольных дорогах имати кажет, пенязе отбирает, вязаньем и муками тратит, хотячи якую змазу на него навести; на духовных его торгается из заздрости зрадцами их чинит: што все иначей ся показало.

«А ваша королевская милость, видячи кгвалт наш и нарушенье прав наших, не дбаєш ничого на присягу свою, которою еси обовязался нам не ломати прав наших, але примножати и розширяти. За таковыми слушными документами, за причинами послов земских, не хочеш нас у православной вере нашой заховати, при правах наших, на местце отступных пастыров инших дати, и овшем допущает тым отступником кгвалт чинити и кров проливати тых, которые во отступление их за ними ити не хотят, лупити и з маетностей их выгоняти, з земель наконец выволати. За веру православную наступаєш на права наше, ломаеш вольности наше, и наконець на сумненье наше налегаеш. Чим присягу свою ломаеш и то, што кольвек еси для мене учинил, в нивошто остатнею неласкою своею оборочаеш.

Што бачучи, яко сенатор, не толькож сам терплю кривду и тебе упоминаю, але вижу, иж то к остатной згубе всее короны Польской идет: бо за тым нихто своего права, ани вольности безпечен уже не будет, и в коротком часе приидет до великого замешаня, а бодай не домышлятся ли и чого иншого.

Продкове наше, варуючи пану веру, послушенство и подданство, взаем теж от пана милость, справедливость и оборону берут, и так собе поприсягают сполне».

Упоминал и просил старец, абы кроль обачился и здоровой рады слухал. А иж так барзо от его королевской милости был скривжен а в старости лет его в том што меле наймильшого ткнен в сумненье и веру православную, бачучи вже старость свою зашлую а сподеваючюся, иж прудко з светом розлучиться, жегнал короля з упоминаньем, абы ся обачил.

И того своего духовного зоставуеть королеви, а крове его на страшном суде божием взысковати хочеть и просить бога, абы юж болып очима не видел такового ломанья прав, але ковшем зычить собе, абы юж в старости лет слышал о добром здоровью того и о лепом затрымованью панств его и прав наших.