Ваша електронна бібліотека

Про історію України та всесвітню історію

КНЯЗЬ СВЯТОСЛАВ ИГОРЕВИЧ

(942-972 гг.)

В 964 г. великокняжеский стол занял Святослав Игоревич. Точно не известно, когда именно он родился, равно как не знаем мы почти ничего и о его детских и юношеских годах. Согласно «Повести временных лет», сын Игоря и Ольги появился на свет в 942 г. у немолодых уже родителей, — княгине Ольге было к тому времени 42-44 года. И, очевидно, был он не первым ребенком, в княжеской семье были еще дети (возможно, девочки или мальчики, умершие в детстве), но на момент смерти Игоря не было наследников мужского пола старше Святослава. Рассказывая о походе на древлян, в котором принимали участие Святослав со своим воспитателем Асмудом, летописец подчеркивает, что в 946 году княжич был еще настолько мал, что не мог как следует бросить копьё.

Существует также версия, что Святослав родился около 935 г., а значит, совершеннолетия достиг в середине 50-х годов X в. Подтверждением этой версии может служить тот факт, что отправляясь в 969 г. во второй болгарский поход, князь поручил Русь собственным сыновьям, двое из которых уже правили самостоятельно и были совершеннолетними. Из летописей известно также, что своему сыну Ярополку Святослав собственноручно привел жену, т. е. в 969 г. старший сын князя уже был женат.

Судьба молодого Святослава складывалась счастливо. Великим князем он стал еще в раннем детстве, получив соответствующее воспитание. Великолепно, владел различными видами оружия, был смелым и решительным, любил подолгу ездить верхом. Дружинники, часто выходцы из различных земель, рассказывали княжичу о богатых далеких странах. Покровителями и защитниками этих людей были языческие боги, освящавшие войну и насилие, захват чужих владений и человеческие жертвы; в то же время Перун, языческий бог-громовержец, был воплощением идеалов мужчины-воина.

Мать Святослава, христианка Ольга, старалась приобщить сына к новой вере, но безуспешно. Воспитанный в языческой среде, он категорически отказывался креститься. «Как мне одному креститься? А дружина моя над этим смеяться станет», — говорил княжич матери. Более того, Святослав вырос фанатичным поборником старой языческой религии и ярым врагом христианства. Пока Ольга была жива, он сдерживал свои настроения, но оставался убежденным противником христианизированной прослойки феодальной элиты, на которую опиралась княгиня.

Посвящая все свое время военному делу, к управлению государством Святослав не испытывал особого влечения, с радостью переложив политическую судьбу страны на плечи стареющей матери. Почти всю свою взрослую жизнь князь-воин провел в походах, война ради выгоды, война ради славы была смыслом его бытия. Легкомысленное отношение к внутригосударственным проблемам вызывало недовольство даже со стороны его окружения. «Ты, княже, чужой земли ищешь, свою позабыв», — упрекали его киевские бояре.

Святослав прославился как отважный, храбрый, опытный и талантливый полководец, деливший со своими дружинниками все тяготы изнурительной походной жизни. В «Повести временных лет», когда речь идёт о начале военной карьеры князя в 964 г., читаем: «Князю Святославу взрастьшю и взмужавьшю, нача воя евкупляти много и храбр бе так как и само храбр. И легко ходя, аки пардус, войны многие творяше. Ходя воз по себе не возяше, ни котла, ни мяс варя, но потонку изрезав конину ли, зверину ли или говядину на угле испек ядяше, ни шатра имяше, но подклад постлаше и седло в головах. Такоже и прочий вой его вси бяху». Детальное описание внешности Святослава оставил византийский писатель Лев Дьякон: «...Среднего роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны её свисал клок волос — признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерны... В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамлённым двумя жемчужинами. Одежда его была белой и отличалась от одежды приближённых только чистотой».

Интересно, что Святослав предупреждал своих врагов о начале кампании: «И посылаше к странам глаголя: "Хочу на вы ити"».

Первыми, на кого «пошел» Святослав в, 964 г., были вятичи — славянское племя, проживавшее в верховьях Оки и Дона и платившее дань хазарам. Хазарский каганат, когда-то могучее государство, главный соперник Руси в Восточной Европе, в эпоху Святослава переживал далеко не лучшие времена, но все еще удерживал значительные восточноевропейские территории. Покорение вятичей неизбежно привело к столкновению с Хазарией и стало началом восточной войны 965-966 гг. Огнем и мечом прошел Святослав по землям волжских булгар, буртасов, ясов и касогов — давних союзников Хазарии. Во время этой кампании была захвачена хорошо укрепленная крепость Саркел, которую на Руси называли Белой Вежей, разгромлены хазарская столица Итиль на Нижней Волге, а также ряд городов на Каспийском побережье. Захватив богатую добычу, Святослав с триумфом возвратился в Киев. А Хазарский каганат, получив столь сокрушительный удар, через несколько лет вообще прекратил существование.

Важное значение Святослав придавал проблемам Балканского региона. Решал он их традиционно — с помощью военной силы. Толчком к новому походу стало прибытие в Киев византийского посла с просьбой о помощи в войне с Болгарским царством. Византийская империя, управляемая императором Никифором Фокой, находилась в весьма затруднительном положении, ей приходилось одновременно воевать на три фронта її помощь Киева была бы весьма уместной. Свое предложение «выступить в поход против болгар», император подкрепил богатыми дарами. По свидетельству Льва Дьякона, Святославу было выплачено 1500 кентинариев (около 455 кг) золота. Тем не менее, воспользовавшись византийскими деньгами, Святослав предпочел «подчинить и удержать страну для собственного пребывания».

Первый болгарский поход 967-968 гг. был успешным. Флот Святослава с 60-тысячным войском разгромил армию болгарского царя Петра в битве под Доростолом (современная Силистра) и, как сообщает летопись, «захватил городов 80 по Дунаю». Новые земли так понравились князю, что он даже хотел перенести свою столицу из Киева на Дунай, в городок Переяславец: -«...седе княжа в Переяславци, емля дань на Грецех». Здесь он хотел жить, собирая «от Грек Злато, поволоки (дорогие ткани. — Авт.), вино и овощеве разноличныя, из Чех же, из Угорь сребро и комони». Осуществиться этим планам так и не удалось.

Разгром Хазарии, служившей на протяжении многих лет довольно сильным щитом против азиатских кочевников, имел неожиданные последствия: на запад ринулась орда печенегов, которые быстро захватили степную полосу и разместилась в непосредственной близости от Киева. Уже в 968 г., воспользовавшись отсутствием Святослава и поддавшись уговорам Византии, печенеги неожиданно напали на город, где «затворилася» Ольга с тремя сыновьями Святослава. Над Киевом нависла страшная угроза. Значительного воинского контингента в городе не было, и выдержать долгую осаду Киев не мог. В летописи сохранился рассказ об отважном юноше, который с огромным риском для жизни пробрался через вражеский лагерь и предупредил Святослава об опасности. Получив весть об осаде столицы, князь вынужден был срочно возвращаться из похода и выручать семью из беды. Однако далеко печенеги не ушли и до конца X в. стояли на Стугне, в 30 км от Киева, создавая постоянную военную угрозу.

Похоронив в 969 г. княгиню Ольгу, Святослав становится единовластным правителем Руси и наконец дает волю своим антихристианским настроениям. Начинается период ужасающих массовых репрессий, направленных как против христиан-иностранцев, так и христиан-русичей. Среди погибших был князь Глеб, которого считали неродным братом Святослава. Возможно, именно он сопровождал Ольгу в ее путешествии в Константинополь и был тем таинственным племянником, который упоминается в источниках. За веру Святослав преследовал как представителей элиты, в том числе своих родственников, так и рядовых христиан: количество убитых достигло нескольких тысяч. Ненависть князя распространилась и на христианские храмы, в частности в Киеве были разрушены церкви Святой Софии и Святого Николая на Аскольдовой могиле, построенные Ольгой.

Поквитавшись с христианами и фактически передав управление Русью своим сыновьям, Святослав собирает новое войско и осенью 969 г. отправляется во второй болгарский поход. Поначалу кампания складывалась довольно успешно: в 970 г. ему удалось подчинить почти всю Болгарию, захватив её столицу и «едва не дойти к Царюграду». С невиданной ранее жестокостью князь расправляется с местными жителями-христианами. Так, захватив Филиополь, он истребил 20 тысяч болгар-христиан, то есть практически все население города. Неудивительно, что в дальнейшем удача отвернулась от князя. В битве при Аркадиополе он впервые в жизни получил сокрушительное поражение и вынужден был отойти и закрепиться в Доростоле. Военная инициатива переходит к Византии, решившей положить конец присутствию русичей на Балканах.

Весна 971 года ознаменовалась началом наступления войск нового византийского императора Иоанна I Цимисхия на болгарскую столицу Преслав. 14 апреля она была захвачена, болгарский царь Борис вместе с семьей попал в плен, а остаткам русского гарнизона пришлось бежать в Доростол, где размещалась ставка Святослава. Именно здесь и развернулись важнейшие события болгарской войны. Выдержав почти трехмесячную осаду, 21 июля Святослав вышел на бой под стены города. Изнурительная битва, в которой погибло около 15000 русов, была проиграна. Большие потери понесли и войска императора. Однако сдаваться Святослав не собирался, хотя и понимал безнадежность своего положения — к военным неудачам добавился голод. Не мог князь и отступить на Русь — византийский флот перекрыл устье Дуная.

В конце июля император наконец согласился начать предложеные Святославом переговоры, которые завершились подписанием крайне невыгодного для Руси мирного договора (текст этого соглашения приводится в «Повести временных лет»). Договор лишал Русь почти всех преимуществ, добытых предыдущими князьями, в частности Киев отказывался от претензий на византийские владения в Крыму. Черное море перестало быть «Русским». Вместе с тем, император гарантировал дружине Святослава беспрепятственный проход домой и обещал предоставить продовольствие на обратный путь. Восстанавливались также торговые отношения между государствами.

После подписания договора Святослав еще довольно долго находился на Балканах и лишь осенью отправился на родину. По дороге русское войско разделилось: одна часть, во главе с воеводой Свинельдом, двинулась по суше, а сам князь «с малом дружини» и военной добычей поплыл по Дунаю и Черному морю к Днепру. Однако на днепровских порогах его поджидали печенеги, предупрежденные посланцем Цимисхия Феофилом Евхаитским о возвращении ослабленного противника. Святослав не отважился на битву и остался зимовать в Белобережье, в устье Днепра. Изможденное голодной и холодной зимовкой русское войско весной 972 г. все же двинулось к Киеву, но так и не смогло прорваться через пороги. Святослав погиб в бою от печенежской сабли, а из его черепа, как сообщает легенда, хан Куря приказал сделать украшенный золотом кубок и «пьяху в нем», надеясь перенять лучшие качества побежденного врага.

Таким стал последний путь князя Святослава, мужественного воина и полководца, больше похожего на былинного богатыря, чем на мудрого и дальновидного государственного деятеля.