СТО ВЕЛИКИХ ВОЙН

РУССКО-ПОЛЬСКИЕ ВОЙНЫ

(XVII век)

Войны между Русью и Речью Посполитой за пограничные земли — Смоленскую и Северскую, вошедшие в состав Русского государства в XVI веке, за земли Великого княжества Литовского и за Украину, находившуюся в составе Польши.

После окончания Ливонской войны русско-польские противоречия не стали менее острыми, хотя в 1587 году двум государствам удалось заключить 15-летнее перемирие взамен Ям-Запольского. В 1604 году человек, выдававший себя за чудом спасшегося сына царя Ивана Грозного царевича Дмитрия, которого обычно называют Лжедмитрием I (по всей видимости, это был беглый монах Григорий Отрепьев), заручившись поддержкой польских магнатов князя Вишневецкого и сандомирского воеводы Юрия Мнишека, с отрядом украинских и донских казаков, польской шляхты и русских, бежавших в Польшу, вторгся в Северскую землю. По разным источникам, в начале похода Лжедмитрий располагал от 2 до 8 тысяч человек. 21 октября он занял первый город на русской территории — Моравск (Моровийск). Вскоре самозванцу открыл ворота Чернигов. Народ, только что закрепощенный, разоренный несколькими десятилетиями войн при царе Иване и опричниной, хотел видеть в «чудесно спасшемся Дмитрии» «доброго царя», способного избавить крестьян от дворянского гнета. Царь Борис сначала недооценил опасности, исходившей от Лжедмитрия, и ограничился объявлением о его самозванстве.

Между тем войско Лжедмитрия подошло к Новгород-Северскому, который защищал гарнизон из 600 стрельцов во главе с окольничим Басмановым. Взять город не удалось, осажденные отбили все приступы. Зато Пу-тивль без боя признал власть самозванца. Войска Годунова оставались пассивны, в то время как на сторону Лжедмитрия встали Рыльск и Севск, Белгород и Курск, Кромы, Ливны, Елец, Воронеж и ряд других городов. Видя, что положение московского правительства ухудшается, и опасаясь, что Русь окажется под польским политическим влиянием, шведский король Карл IX, чьи права на престол оспаривал польский король Сигизмунд, предложил Борису Годунову военную помощь, но русский царь от нее отказался.

Борис направил послание Сигизмунду, обвиняя его в нарушении условий перемирия. Польский король нарушение отрицал, заявляя, что состоявшие в войсках Лжедмитрия поляки, литовцы и украинские казаки действуют как частные лица, без официального одобрения королевской власти. В действительности правительство Польши было заинтересовано в ослаблении Руси и не препятствовало самозванцу вербовать в свои отряды подданных Речи Посполитой. Да и слабость королевской власти в Польши не позволяла ей препятствовать своевольным действиям магнатов.

Борис приказал князю Мстиславскому сформировать армию в Калуге. Через шесть недель тот выступил с войском к Брянску, где соединился с ратью воеводы Дмитрия Шуйского. Вместе они пошли на выручку Басманову. Под началом русских воевод было до 25 тысяч человек. У реки Узруй их встретило 15-тысячное войско самозванца. Часть воинов Милославского перед боем перебежало к Лжедмитрию, но у воевод Годунова все равно оставался почти двукратный численный перевес. Однако их войско не горело желанием вступать в бой с тем, в ком подозревали законного наследника престола.

Сражение произошло 21 декабря. Первую атаку армии самозванца русское войско отбило, но не выдержало повторного удара польской конницы против полка правой руки. Этот полк смешался с большим полком, и оба они в беспорядке отступили. Стойкость левого крыла русской рати не могла спасти положения. Милославский был ранен и едва спасся от плена. Самозванец не решился преследовать превосходящие силы противника. Войско Милославского укрылось в лесу, обнеся лагерь земляным валом.

На следующий день к Лжедмитрию прибыло 4 тысячи пеших запорожских казаков и на подходе был еще один 8-тысячный отряд с 14 орудиями. Однако взять Новгород-Северский не удавалось, и самозванец отступил к Севску. Часть польско-литовских отрядов покинуло его и вернулось в Польшу. Милославский же в это время отошел к Стародубу. Там к нему присоединилась рать князя Василия Шуйского, которому царь приказал перейти к решительным действиям и сокрушить самозванца.

21 января 1605 года у деревни Добрыничи произошло новое сражение. Милославский и Шуйский имели около 30 тысяч человек, самозванец — 15 тысяч, в том числе 7 польских конных хоругвей и 3 тысячи донских казаков. Артиллерия сторон была примерно равна' 14 орудий — у русских войск, 13 — у Лжедмитрия. Самозванец узнал, что вся неприятельская армия собралась на ночлег в одной небольшой деревни, и решил внезапно атаковать, предварительно запалив Добрыничи. Однако русские дозоры поймали поджигателей, и царские войска успели изготовиться к бою.

Сторожевой полк был атакован главными силами самозванца и отброшен к Добрыничам. Основной удар Лжедмитрий наносил по правому крылу неприятеля, рассчитывая отбросить его за реку Сев. Его конница атаковала двумя линиями. В первой линии были польские хоругви, во второй — русская конница, для отличия от правительственных войск надевшая поверх лат белые рубахи. Мстиславский приказал своему правому крылу также перейти в наступление, чтобы остановить и опрокинуть неприятеля. В первой линии русских войск находились отряды немецких и голландских наемников. Кок-ница самозванца потеснила наемную пехоту, а затем отбросила и стоявшую за ней русскую конницу. После этого ударный отряд Лжедмитрия обрушился на центр армии Мстиславского — засевших в Добрыничах за возами с сеном стрельцов. Они встретили кавалеристов огнем из пищалей и пушек и обратили врага в бегство. Примеру конницы последовали пешие запорожцы на правом фланге Лжедмитрия, решившие, что сражение проиграно.

Русская конница, увидев, что враг бежит, перешла в контратаку и довершила разгром. Резерв Лжедмитрия, состоявший из пешего отряда донских казаков и артиллерии, был окружен и почти полностью уничтожен. Преследование армии самозванца велось на протяжении 8 км. Ему с остатками войска удалось уйти в Рыльск. В сражении под Добрыничами Лжедмитрий потерял 5—6 тысяч убитыми и не меньшее число пленными, а также все свои 13 орудий. Войско Милославского потеряло убитыми 525 человек.

Царская армия подошла к Рыльску только через несколько дней, когда Лжедмитрий успел уже бежать в Путивль. Поляки собирались покинуть его, но русские сторонники «названного Дмитрия», которым в случае поражения нечего было терять, кроме собственной головы, настаивали на продолжении борьбы. Самозванец обратился за помощью к Сигизмунду, но тот отказался воевать с Москвой. Тогда Лжедмитрий разослал грамоты к крестьянам и посадским людям, обещая им освобождение от повинностей. В южных степях скопилось немало беглых крестьян, пополнивших армию самозванца К нему вернулся 4-тысячный отряд донских казаков, на сторону Лжедмитрия перешли гарнизоны Оскола, Валуек, Белгорода, Царёва-Борисова и некоторых других городов.

Тем временем царским воеводам не удалось взять Рыльск, гарнизон которого самозванец усилил 2 тысячами своих русских сторонников и 500 поляков. Трудности снабжения заставили Милославского через 15 дней снять осаду. Из-за трудностей с подвозом продовольствия он вообще хотел распустить войско, но царь категорически запретил ему это делать.

Рати Мстиславского было приказано идти к Кромам, где перешедший на сторону самозванца гарнизон был осажден войском воеводы Шереметева. Лжедмитрий также направил на помощь Кромам 4 тысячи донских казаков под командованием атамана Корелы. Казаки упредили Мстиславского и в конце февраля прорвались в Кромы с большим обозом продовольствия. Они двигались на санях по замерзшим болотам.

В начале марта к Кромам подошел Мстиславский. Правительственные войска артиллерийским огнем сожгли деревянные укрепления и овладели валом, но затем по неизвестной причине отступили. Казаки воспользовались этим, насыпали новый земляной вал и обнесли город рвом. На обратном скате вала они вырыли землянки, где скрывались от неприятельских ядер. Среди осаждавших было немало сторонников Лжедмитрия, тайно снабжавших Кромы порохом и продовольствием.

Ситуация в стране кардинально изменилась после того, как 13 апреля 1605 года внезапно скончался царь Борис. Его наследовал 16-летний сын Федор, но многие бояре боялись, что он, не имея отцовского опыта и ума, не сможет совладать со смутой. Они все больше склонялись к поддержке самозванца, надеясь, что, став царем, он сможет обуздать казачью и крестьянскую вольницу. Под Кромы прибыл с подкреплениями царский воевода Басманов. Он составил в войске заговор в пользу самозванца. Когда 7 мая к Кромам подошел авангард Лжедмитрия, состоявший из 3 польских хоругвей и 3 тысяч русских ополченцев, вся царская армия перешла на его сторону. Путь на Москву был открыт. 10 июня Лжедмитрий вступил в столицу и был провозглашен царем. Перед этим бояре задушили царя Федора.

Вместе с Лжедмитрием пришло несколько тысяч поляков, литовцев и казаков, занявшихся грабежом, который новый царь не спешил пресечь. На престоле он продержался одиннадцать месяцев.

2 мая 1606 года в Москву приехала невеста Лжедмитрия Марина Мнишек, а с ней — 2-тысячный польский отряд. К тому времени народ уже разочаровался в «добром царе», который никаких мер по облегчению положения крестьян не предпринимал, а только жаловал наиболее видных своих сторонников новыми землями. Бояре тоже тяготились «худородным царем». Они составили заговор против Лжедмитрия. Приход нового отряда поляков был использован заговорщиками для возбуждения антипольских настроений среди москвичей. Лжедмитрия народ подозревал в принятии католичества. В ночь на 17 мая в столице вспыхнуло восстание, в ходе которого были перебиты многие поляки, литовцы и прочие иностранцы. Кремль был захвачен толпой народа. Заговорщики воспользовались суматохой и убили Лжедмитрия, провозгласив царем князя Василия Шуйского Уцелевших поляков отпустили на родину, но отняли у них всю захваченную добычу.

После гибели Лжедмитрия I его сторонники бежали в Путивль и другие северские города. Здесь находилось большое количество повстанцев. В южнорусских землях крестьянство и дворянство не признавали власти Шуйского и начали борьбу с царскими войсками. Во главе повстанцев встал Иван Болотников, бывший крепостной князя Телятевского. Сам князь также был в рядах мятежников. С большим трудом правительственная армия отразила поход Болотникова на Москву, которую повстанцы безуспешно осаждали в октябре— ноябре 1606 года 2 декабря войска Шуйского разбили рать Болотникова у села Коломенского. При этом 10 тысяч казаков капитулировали и усилили армию царя Василия Остальные пленные, взятые с боя, были казнены.

Болотников отступил к Калуге. Правительственные войска несколько месяцев осаждали город, пока в начале мая 1607 года не потерпели поражение в результате совместного удара осажденного в Калуге Болотникова и наступавшего от Тулы отряда самозванца «царевича Петра». Однако 5—7 июня на реке Восме Шуйский, собравшись с силами, нанес поражение восставшим. По некоторым данным, потери повстанцев составили около 20 тысяч убитыми и 5 тысяч пленными. Кроме того, 4-тысячный отряд казаков перешел на сторону правительственной армии.

Спустя несколько дней последовало новое тяжелое поражение Болотникова на реке Вороньей, после чего вождь восстания отступил в Тулу всего лишь с 10-тысячным отрядом Шуйский начал осаду Тулы, но его положение в июле осложнилось появлением нового самозванца, Лжедмитрия II, в Стародубе-Северском в июле 1607 года В сентябре Лжедмитрий начал поход к Брянску и нанес поражение нескольким отрядам царской армии. Однако ее главные силы остались под Тулой. Затопив часть города и лишив осажденных запасов продовольствия и пороха, правительственные войска 10 октября 1607 года вынудили Ивана Болотникова капитулировать. «Царевича Петра» повесили в Москве, а Болотникова сослали в Каргополь и полгода спустя утопили в проруби.

Главным врагом правительства Шуйского после разгрома Болотникова стал Лжедмитрий II, прозванный в народе «тушинским вором» (свой лагерь самозванец разбил в подмосковном Тушино). Под его началом оказалось несколько тысяч воинов из числа сторонников Лжедмитрия I (считалось, что «названному Дмитрию» удалось чудесным образом бежать из Кремля в мае 1606 года). Основную же силу «тушинского вора» составляли отряды польской и литовской шляхты, не подчинявшиеся королю и искавшие на Руси богатой добычи.

Потерпев неудачу в деблокировании Тулы, поскольку Болотников сдался раньше, чем к городу подошли отряды самозванца, Лжедмитрий двинулся к Брянску, а потом занял Орел. У деревни Каменка 30 апреля и 1 мая 1608 года он нанес поражение армии Шуйского. Самозванцу также без боя сдался 5-тысячный гарнизон Волхова. Путь на Москву был открыт. В начале июня армия Лжедмитрия заняла деревню Тушино в 15 км к северо-западу от столицы. Здесь был разбит укрепленный лагерь. Однако взять Москву самозванцу не удалось. Основная часть стрельцов и дворян сохраняла верность Шуйскому, а казачьи и польские отряды не отличались дисциплиной и больше занимались грабежом, а не борьбой с русским войском Не удалось отрядам «тушинского вора» взять и хорошо укрепленный Троице-Сергиев монастырь, который литовские и казачьи отряды безуспешно осаждали в 1608— 1609 годах Кроме того, в июле 1608 года правительству Василия Шуйского удалось заключить трехлетнее перемирие с королем Сигизмундом, согласно которому освобождались из плена поляки, захваченные в Москве после свержения Лжедмитрия I, а король обязался вывести регулярные польские войска из пределов Русского государства. В июне 1609 года тушинцы потерпели два поражения в боях на Ходынском поле и отказались от попыток овладеть Москвой.

В начале 1609 года в Выборге московское правительство заключило союз с Швецией против Польши. Шведы, воевавшие с поляками в Ливонии, боялись усиления польского влияния в Москве и даже образования русско-польской унии. Швеция предоставляла в помощь Шуйскому 5-тысячный отряд (его содержание возлагалось на русскую сторону). Москва, в свою очередь, уступала Швеции Корельский уезд и отказывалась от притязаний на Ливонию.

10 мая 1609 года 15-тысячное шведское войско под командованием Якова Делагарди соединилось в Новгороде с ратью царского племянника князя Михаила Скопина-Шуйского. Они двинулись к Москве и в июле неподалеку от Твери разбили тушинцев. После этого среди наемников начались волнения из-за невыплаты жалованья, и Делагарди с частью своей армии вернулся в Новгород. Однако к Скопину присоединилось несколько русских отрядов из Смоленска, Костромы и поморских городов. 18 августа его войско разбило на реке Жабне сильный литовский отряд Яна Сапеги, подошедший от Троице-Сергиева монастыря. В конце сентября к Скопину вернулся Делагарди с новым войском. Приближение армии Скопина к Москве и Троице вызвало распад тушинского войска. В ночь на 28 декабря 1609 года Лжедмитрий II тайно бежал в Калугу.

В сентябре 1609 года, видя, что тушинцы терпят неудачи, и опасаясь, что центральная власть в Москве вскоре может укрепиться, а также пользуясь отвлечением русских войск от западных границ, король Сигизмунд поспешил воспользоваться благоприятным моментом и овладеть землями, ранее захваченными русскими у Литвы. Он двинул польскую армию к Смоленску. 9 сентября поляки перешли границу, а 13-го из города Красный Сигизмунд послал грамоту царю Василию Шуйскому, где мотивировал нарушение перемирия заключением русско-шведского союза и стремлением избавить Московское государство от смут и кровопролития.

Смоленск оказался очень сильной крепостью, и овладеть городом поляки смогли только в июне 1611 года, после 20-месячной осады. Стены Смоленска высотой 13—19 м и толщиной 5—6 м были сложены из белого камня. Фундамент был заложен на глубину более 4 м, что практически исключало проведение подкопов За время осады неприятельской артиллерии так и не удалось сделать в стенах крепости большие проломы К тому осаждающие уступали защитникам Смоленска в калибре орудий. Только когда силы защитников были ослаблены приступами, непрерывными обстрелами и голодом, а из 5,5-тысячного гарнизона в строю осталось 200 человек, город был взят штурмом, а уцелевшие защитники оказались в плену.

12 марта 1610 года войска Скопина и Делагарди вступили в Москву. Тушинский лагерь был ликвидирован. Гаданишвый полководец Скопин готовился идти под Смоленск для деблокады крепости, но внезапно умер. Армию возглавил брат царя Дмитрий Шуйский. В мае в поход выступило 22-тысячное русское и 8-тысячное шведское войско Делагарди. Польские гарнизоны были выбиты из Волока Дамского и Можайска. Сигизмунд направил из-под Смоленска навстречу Дмитрию Шуйскому коронного гетмана Жол-кевского с тысячью пехоты, 2 тысячами польской конницы и 3 тысячами украинских казаков. К нему под Царёво-Займищем присоединился 5-тысячный польско-литовский отряд под командованием Зборовского, ушедший из тушинского лагеря. Однако люди Зборовского требовали немедленной выплаты им жалованья, отказываясь в противном случае становиться под королевские знамена. 14 июня отряд Жолкевского внезапно атаковал и отбросил 6-тысячную передовую русскую рать под командованием воевод Валуева и Елецкого. Этот успех побудил Зборовского согласиться повременить с получением жалованья и принять участие в последующих боевых действиях. Отряд Валуева и Елецкого был блокирован в Царёво-Займище, для чего Жол-кевский выделил 700 польских всадников, 200 пехотинцев и 400 казаков.

Валуев направил Дмитрию Шуйскому письмо с просьбой о помощи. Главные силы русского войска вышли из Можайска и 23 июня сосредоточились на опушке леса у деревни Клушино. В рядах московской рати росло недовольство в связи с задержкой жалованья. 21 июня часть жалованья была выплачена, но только наемникам, служившим в русском войске. Дмитрий Шуйский и Делагарди не позаботились ни о разведке, ни об укреплении лагеря, что сыграло для них роковую роль. Жолкевский, узнав о появлении русской армии у Клушина, решил на рассвете 24 июня атаковать противника. Он пренебрег советами своих военачальников держаться оборонительного образа действий, так как Валуев из Царева-Займища мог ударить в тыл, сбив сравнительно малочисленный блокирующий отряд. Гетман под Клушиным располагал 9 тысячами человек, в том числе 4 тысячами казаков, 3 тысячами польской конницы и 2 тысячами пехоты. У Делагарди и Дмитрия Шуйского было около 24 тысяч человек, т. е. почти втрое больше, чем у неприятеля.

Жолкевскому удалось незаметно подойти к расположению русских и проделать проходы в окружавшем лагерь плетне. Гетман не стал ждать подхода немецких ландскнехтов с Фальконетами, а скомандовал общую атаку. Предварительно он приказал зажечь деревню, чтобы противник не смог использовать ее в качестве опорного пункта. Пехота Делагарди успела огнем задержать польскую конницу и тем выиграла время для построения русско-шведского войска в боевой порядок. Наемная пехота и стрельцы сдержали натиск польской кавалерии из отряда Жолкевского, но казаки и польско-литовские всадники Зборовского опрокинули московскую конницу. Отступая, та расстроила ряды собственной пехоты. Конница и пехота в беспорядке отступили в обоз, где имелось 18 пушек. Конница Жолкевского в это время несколько раз атаковала войска Делагарди, но не могла прорвать их фронт. Только с появлением на поле боя немецких ландскнехтов с Фальконетами произошел окончательный перелом. Огонь фальконетов разрушил значительный участок плетня, и свежий отряд пехоты опрокинул пехоту шведов. Затем атаки неприятеля не выдержала и конница Делагарди. На ее плечах пехота и конница Жолкевского ворвалась в шведский лагерь. Гетман предложил наемникам почетную капитуляцию, и 3 тысячи из них ее приняли, перейдя позднее на службу в польское войско.

Увидев разгром отряда Делагарди, русские воеводы стали спасаться бегством в лес. Поляки и казаки их не преследовали, занятые грабежом лагеря. Вскоре капитулировали и Валуев с Елецким в Царево-Займище. Делагарди с остатками своего войска ушел в Швецию.

После Клушинского сражения бояре свергли Василия Шуйского и насильно постригли его в монахи. Они избрали на трон сына Сигизмунда королевича Владислава. Жолкевский подошел к Москве и расположился лагерем на Хорошевских лугах. С другой стороны к столице подошли Лжедмитрий II вместе с литовским магнатом Яном Сапегой и заняли Коломенское. Гетману удалось договориться с Сапегой, чтобы тот ушел в Северскую землю. «Тушинский вор» остался в одиночестве и отступил в Калугу. Вскоре он был убит в результате заговора своих сподвижников.

21 сентября 1610 года по просьбе боярского правительства из 7 человек (так называемой «Семибоярщины») Жолкевский ввел в Москву гарнизон из 3,5 тысячи поляков и 800 немецких пехотинцев и в октябре отбыл к королю под Смоленск.

«Семибоярщина» не пользовалась популярностью. Для борьбы с ней в Рязани началось формирование земского ополчения во главе с воеводой Прокопием Ляпуновым. Оно состояло из дворян, детей боярских, стрельцов, добровольцев из числа посадских людей, а также даточных людей, выставляемых по набору дворянами из числа собственных крепостных. К ополчению присоединились бывшие тушинцы из Калуги и Тулы во главе с князем Дмитрием Трубецким и атаманом Иваном Заруцким, а в феврале 1611 года — Нижний Новгород и ряд городов Среднего Поволжья и Севера. В начале марта ополчение двинулось к столице.

В самой Москве 19—20 марта произошло антипольское восстание, подавленное гарнизоном во главе с польным гетманом Гонсевским. В восстании участвовали посадские люди, часть московских дворян и группы пробравшихся в Москву ратников ополчения. Одним из вождей восставших был князь Дмитрий Пожарский, будущий руководитель Второго ополчения. Для подавления восстания поляки подожгли город. Удержать Кремль и другие стратегические пункты полякам помог срочно переброшенный из Можайска полк Струся. После того как многие деревянные дома сгорели, повстанцы ушли из Москвы и присоединились к подходившему к столице ополчению.

Гонсевский бросил навстречу ополчению Ляпунова 700 кавалеристов во главе со Струсем. Этот полк разбил передовой отряд казаков Просовецкого. Польским всадникам удалось прорвать один из фасов подвижного укрепления — гуляй-города, устроенного казаками. После этого люди Просовецкого в беспорядке отступили.

24 марта главные силы ополчения подошли к Симонову монастырю и построили вагенбург. Поляки атаковали лагерь, но были отбиты и заняли оборону на стенах монастыря.

Вскоре в рядах ополчения возникли разногласия между бывшими тушин-цами и земскими людьми. Ляпунов был убит казаками, после чего земское ополчение отступило от Москвы. У города остались тушинцы во главе с казачьим атаманом Заруцким и князем Дмитрием Трубецким. Но у них не хватало сил для полной блокады столицы, и польский гарнизон получал снабжение от королевской армии, стоявшей у Смоленска. Однако осаждавшие Смоленск шляхта и наемники были утомлены осадой крепости. После взятия Смоленска 2 июня 1611 года Сигизмунд, оставив в городе гарнизон, вынужден был, опасаясь мятежа, распустить свою армию и вернуться в Польшу. Тем временем шведы, воспользовавшись отзывом русских сил из Новгородской земли к Москве, летом 1611 года заняли Новгород, Псков и Тихвин.

После распада Первого ополчения в Поволжье стало формироваться Второе ополчение. Решающую роль в его создании сыграло купечество Нижнего Новгорода. 1 сентября 1611 года нижегородский посадский староста Козьма Минин-Сухорук бросил клич о всеобщем ополчении и сборе пожертвований на его содержание. На нужды ополчения направлялась пятая часть всех сборов с посадов, городских монастырей и монастырских вотчин. Минин официально стал «выборным человеком», отвечавшим за казну ополчения. Главным же воеводой стал князь Дмитрий Пожарский. Наемные отряды также выразили желание присоединиться к ополчению, но получили отказ: «Наемные люди из иных государств нам теперь не надобны... Теперь все Русское государство избрало за разум, правду, дородство и храбрость к ратным и земским делам стольника и воеводу князя Дмитрия Михайловича Пожаре -кого-Стародубского.. Где соберется доходов — отдаем нашим ратным людям, а сами мы, бояре и воеводы, дворяне и дети боярские, служим и бьемся за святые Божий церкви, за православную веру и свое отечество без жалованья... Так, уповая на милость Божию, оборонимся и сами, без наемных людей...»

В начале апреля 1612 года войска ополчения заняли Ярославль, который гарнизон московского правительства сдал без боя. Здесь в противовес «Семибоярщине» был сформирован Совет всей земли, армией которого стало земское ополчение. Его отряды заняли Тверь, Владимир, Рязань и ряд других городов, перерезав пути к Москве с востока и северо-востока. Численность ополчения достигала 30 тысяч человек

Между тем произошел раскол в стане тушинцев под Москвой. Атаман Заруцкий вместе с Марией Мнишек и ее малолетним сыном от Лжедмитрия II и частью казаков ушел в Калугу.

В конце июля ополчение выступило из Ярославля в поход на Москву. 3 августа его авангард подошел к Белому городу и разбил лагерь между Тверскими и Петровскими воротами. Второй отряд ополченцев 12 августа возвел острожек между Тверскими и Никитскими воротами. Эти отряды блокировали смоленскую дорогу, по которой должен был подойти польский гетман Ходкевич с подкреплениями для московского гарнизона. 20 августа еще один русский отряд занял район Арбатских ворот. Казаки Трубецкого, в свою очередь, расположились к юго-востоку от Белого города — у Яузских ворот и на Воронцовом поле.

Трубецкой предлагал присоединить свои силы к ополчению, но Пожарский воздержался от перемешивания ополченческих отрядов с казачьими. Он опасался разлагающего влияния казаков на ополченцев. Играло свою роль и соперничество двух полководцев. Пожарскому очень не хотелось делить с Трубецким лавры освободителя Москвы. Тем не менее польский гарнизон оказался оттеснен в Кремль и почти полностью блокирован. Осажденные начали испытывать острую нехватку продовольствия. К тому времени вместо Гонсевского, вернувшегося в Литву, гарнизон Кремля возглавили Струсь и Будила. Всего в Кремле было осаждено около 3 тысяч поляков и немецких наемников.

21 августа со стороны Вязьмы к Москве подошла армия Ходкевича, насчитывавшая около 12 тысяч человек, в том числе около 8 тысяч украинских реестровых казаков. Пехоты же было лишь 1,5 тысячи. Ему противостояло не менее 20 тысяч ополченцев и около 5 тысяч казаков Трубецкого Правда, часть русских сил была отвлечена на осаду Белого города. 22 августа гетман форсировал реку Москву у Новодевичьего монастыря и атаковал конницу Пожарского на Девичьем поле. В ходе семичасового боя русские были оттеснены к Чертольским воротам. После этого Ходкевич ввел в дело пехоту, штурмовавшую Земляной вал Русская кавалерия спешилась и помогла своим пехотинцам отразить этот штурм Польский гарнизон предпринял вылазку в направлении Чертольских ворот и в Замоскворечье, но был отражен. В это время во фланг Ходкевичу ударили казаки Трубецкого, подкрепленные пятью сотнями конных ополченцев. Польские войска не выдержали натиска превосходящих сил противника и отступили к Поклонной горе

23 августа полякам, вышедшим из Кремля, удалось отбить у казаков Трубецкого острожек и церковь Георгия на Яндове. Ходкевич в тот день перешел в Донской монастырь, готовясь наступать навстречу отряду, прорвавшемуся в Замоскворечье. Пожарский же сконцентрировал свои силы в районе церкви Ильи Обыденного на Остоженке, а казаки-тушинцы отошли к Климентовскому острожку в Лужниках 24 августа произошел встречный бой между конницей Ходкевича и ополчения на подступах к Донскому монастырю. Русские оказались отброшены к Земляному валу, затем польская наемная пехота и спешившиеся украинские казаки выбили их и оттуда. Запорожцам Зборовского удалось во взаимодействии с гарнизоном Кремля взять Климентовский острожек. Гетман уже распорядился ввести в Замоскворечье 400 возов с продовольствием, предназначенным для защитников Кремля. Однако Трубецкой контратакой вернул Климентовский острожек, и Ходкевич вынужден был отступить. В Кремль прорвалось лишь 600 человек из полка Невяровского.

В это время Пожарскому удалось организовать общую контратаку. Он собрал против Крымского двора три конные сотни ополченцев и конный отряд ротмистра Хмелевского из тушинцев, овладел Крымским двором и атаковал Ходкевича с левого фланга. С правого фланга ударили казаки Трубецкого, а в центре — главные силы Пожарского, состоявшие из пехоты и спешенной кавалерии. Понеся большие потери, войско Ходкевича отступило к Донскому монастырю, а оттуда 25 августа двинулось обратно к Вязьме. Лишенный поддержки извне польский гарнизон Москвы 27 октября 1612 года, истощив запасы продовольствия и пороха, капитулировал. Шедший на помощь ему Сигизмунд, присоединивший к своему войску отряд Ходкевича, узнав о капитуляции, повернул обратно к Смоленску. В ноябре руководители ополчения разослали во все русские воеводства грамоты о созыве Земского собора, который в феврале 1613 года избрал на царство Михаила Романова. ¦>

В 1618 году польский королевич Владислав вместе с украинским гетманом Петром Сагайдачным предпринял новый поход на Москву и взял ряд подмосковных городов, но штурм Белого города у Арбатских и Тверских ворот окончился неудачей.

В том же году в местечке Деулино под Смоленском было заключено перемирие. По этому перемирию Польша сохранила контроль над Смоленской и Северской землями с 32 городами.

Начало XVII века характеризовалось внутренней слабостью не только русского, но и польского государства. Поддерживая самозванцев, король Сигизмунд получил возможность направить наиболее беспокойную часть : шляхты на Русь, несколько разрядив внутреннюю обстановку.

В июне 1632 года, по истечении Деулинского перемирия, Московское государство начало новую войну с Польшей за Смоленск и другие территории, находившиеся в составе Речи Посполитой. Эта война была впоследствии названа Смоленской, так как у Смоленска развернулись основные боевые действия. Накануне, в 1630 году, в русской армии было начато формирование двух солдатских полков из беспоместных детей боярских, казаков, татар, крестьян-вольноотпущенников и прочих категорий свободного податного населения. В отличие от стрельцов, которые жили не только жалованьем (преимущественно в военное время), но и земледелием и торговлей, солдаты были профессиональными воинами, получавшими доход только от военной службы. Им полагалось жалованье — 5 рублей в год и кормовые деньги (алтын — 3 копейки в день). В 1632 году было сформировано еще четыре солдатских полка, а в ходе Смоленской войны 1632—1634 годов — еще два солдатских полка и 2 конных полка — рейтарский и драгунский. Командовали полками иноземные офицеры, обучавшие солдат в соответствии с достижениями европейской тактики. Но после войны личный состав этих «полков солдатского строю» был распущен по домам. Их призывали на службу только в преддверии войны. Постоянными солдатские и драгунские полки стали только в 1670-е годы.

Смоленская война началась в период «бескоролевья» в Речи Посполитой. После смерти Сигизмунда III, последовавшей в 1632 году, его сын Владислав не успел еще утвердиться на престоле. 30-тысячная рать боярина Михаила Шеина выступила к Смоленску. Он хорошо знал город, ибо в 1609—1611 годах возглавлял его оборону от войска короля Сигизмунда. С ходу взять столь сильную крепость не удалось, и в декабре 1632 года Смоленск был осажден. Весной 1633 года к крепости подтянули осадные орудия. После длительной бомбардировки русские дважды штурмовали Смоленск, но оба раза были с большими потерями отброшены.

Осада затянулась, а в конце 1633 года утвердившийся на троне король Владислав IV подошел к Смоленску с 15-тысячным войском. В декабре ему удалось окружить армию Шеина. Многие дворяне и наемники, не желая терпеть нужду от голода и болезней, покидали русский лагерь и переходили к Владиславу. 16 февраля 1634 года Шеин капитулировал. Большинство наемников после капитуляции перешло на службу к полякам, а Шеин с оставшимся 8-тысячным войском получил право вернуться в Москву, оставив неприятелю всю артиллерию и лагерное имущество. Впоследствии за сдачу полякам его обвинили в измене и казнили, но война все равно была безоговорочно проиграна.

В июне 1634 года на реке Поляновке был заключен «вечный мир» между Россией и Польшей, подтвердивший в основном границы, установленные Деулинским перемирием. К Руси отошел только один город Серпейск. По договору Владислав отказался от претензий на московский трон.

Новая русско-польская война началась в 1654 году после присоединения Украины к России по Переяславским соглашениям. Москва объявила войну Речи Посполитой еще накануне этого события, 23 октября 1653 года. В июне — августе 1654 года русские войска вторглись в Речь Посполитую и овладели Смоленской и Северской землями и восточной Белоруссией. Смоленск пал после двухмесячной осады 23 сентября.

Польские войска предприняли контрнаступление на Украине, окончившееся неудачей. Летом 1655 года русские войска овладели Минском, Гродно, Вильно и Ковно, оккупировав практически всю территорию Великого княжества Литовского. В это время войну Польши объявила Швеция. Шведские войска заняли почти все польские земли с Варшавой и Краковом. Армия короля Яна Казимира смогла удержать лишь небольшой плацдарм на юго-западе страны, в том числе священный для поляков город Ченстохова, который шведы несколько месяцев безуспешно осаждали

Положение поляков было облегчено тем, что 17 мая 1656 года Москва объявила войну Швеции, стремясь захватить ливонские земли. Шведский король Карл X Густав, в свою очередь, рассчитывал отторгнуть от Речи Посполитой не только Пруссию и Курляндию, которые шведам пришлось вернуть в 1635 году, а также Данциг, Литву и Белоруссию. Сначала русским войскам удалось занять Орешек (Нотебург), Динабург и Дерпт, но поход на Ригу провалился. Карл X вынужден был перебросить в Прибалтику часть сил из Польши. Между Москвой и Варшавой установилось фактическое перемирие.

Тем временем ухудшилось положение русских войск на Украине, после того как в 1657 году гетманом вместо умершего Богдана Хмельницкого стал его ближайший соратник генеральный писарь (по-европейски — канцлер) Иван Выговский. В 1658 году он заключил с Польшей Гадячский договор, по которому Украина вновь становилась частью Речи Посполитой под именем Великого Княжества Русского. Упразднялась греко-католическая уния на украинских землях, а казацкая старшина полностью уравнивалась в правах с польской и литовской шляхтой. На столь широкие уступки поляки вынуждены были пойти, поскольку очень нуждались в помощи казачьего войска для борьбы с вторгшимися в Польшу русскими и шведами. Однако в Белоруссии польская армия проиграла сражение у села Варка от воеводы Юрия Долгорукого, а князь Хованский в нарушение перемирия внезапным нападением пленил литовского польного гетмана Винсента Гонсевского в Вильне. Это поражение не позволило полякам сразу двинуть войска на помощь Выговскому.

Весной 1659 года на Украину вторглась армия воевод князей Алексея Трубецкого и Семена Пожарского, которая 1 мая осадила в Конотопе украинского полковника Григория Гуляницкого с 4 тысячами нежинских и черниговских казаков. Осажденные отбили несколько приступов с большими потерями для русского войска. С валов казацкие пушки и мушкеты стреляли гораздо точнее по атакующим, тогда как московские стрельцы и пушкари, по словам Трубецкого, «даром тратили государево зелье». Воевода приказал забросать ров вокруг крепости землей, но казаки по ночам делали вылазки и забирали оттуда землю, а днем мешали землекопам меткими выстрелами.

Тем временем в конце мая русские войска взяли крепость Борзну, разбив ее гарнизон под командованием шурина Богдана Хмельницкого, полковника Василия Золотаренко. Часть жителей города была истреблена, часть угнана в Россию. Позднее 30 из них были обменены на 66 русских, плененны: после разгрома князя Пожарского под Конотопом.

Под Нежином армия подчиненного Трубецкого князя Ромодановско: 31 мая разбила казацко-татарское войско наказного гетмана Скоробогатенко, который попал в плен. Но Ромодановский не рискнул преследовать отступающих, опасаясь, что они заманят его в ловушку. Не решившись осаду Нежина, Ромодановский возвратился под Конотоп. Трубецкой же имел информации, где находится Выговский с армией.

1 июня 1659 года польский сейм утвердил Гадячский договор. Украине кий гетман тем временем с 16 тысячами казаков и несколькими тысячам наемников из числа поляков, валахов и сербов поджидал своего союзника — крымского хана Махмет-Гирея. В начале июля хан явился с 30 тысячами татар. Вместе они двинулись к Конотопу. По дороге они разбили небольшой московский отряд и от пленных узнали о состоянии и численности русских войск под Конотопом, а также о том, что Трубецкой не ожидает скорого подхода неприятеля. Выговский решил заманить русскую армию на берег болотистой речки Сосновка в 15 верстах от Конотопа, где рассчитывал внезапно атаковать ее заранее укрытой конницей и уничтожить. Начальство над ( частью войска, оставленной у Сосновки, гетман отдал полковнику Степану Гуляницкому, брату осажденного в Конотопе Григория Гуляницкого. Сам же Выговский с небольшим отрядом казаков и татар пошел к Конотопу, чтобы выманить оттуда противника. Хан с основной частью татар расположился в урочище Торговица в 10 верстах от Конотопа, чтобы ударить по русским войскам с тыла, когда они подойдут к Сосновкё.

7 июля Выговский внезапно атаковал войска Трубецкого. Казаки воспользовались внезапностью и захватили много лошадей, на которых московские всадники не успели вскочить. Но вскоре конница Трубецкого, используя свое многократное превосходство, прогнала отряд Выговского за Сосновку. На следующий день 30-тысячное конное войско во главе с князем Семеном Пожарским переправилось через Сосновку и погналось за казаками, а примерно столько же пехотинцев под началом Трубецкого осталось у Конотопа.

Выговский позволил неприятелю построиться в боевой порядок. В это время 5 тысяч казаков под командой Степана Гуляницкого скрытно вырыли ров по направлению к мосту, по которому переправилось войско Пожарского. Гетман атаковал, но после первых выстрелов из русского стана начал отступать, притворной паникой провоцируя противника на преследование. Войско Пожарского оставило свой лагерь и бросилось в погоню. Тем временем казаки Гуляницкого довели ров до моста, захватили мост и, разрушив его, сделали запруду на реке, затопив прибрежный луг. Увидев в тылу у себя неприятеля, Пожарский повернул своих всадников против Гуляницкого. Тогда казаки Выговского при поддержке наемной пехоты, в свою очередь, атаковали «москалей» с фронта, а с левого фланга на них наскочила орда крымского хана. Пожарский стал отступать и попал на затопленный луг. В образовавшемся болоте завязли пушки, лошади не могли двигаться. Дворянская конница спешилась, но и пешком идти не было никакой возможности. Практически все 30-тысячное войско погибло или попало в плен.

Князь Семен Пожарский попал в плен к хану и был казнен. Также были обезглавлены или позднее умерли в татарском плену сын одного из предводителей Первого ополчения Лев Ляпунов, двое князей Бутурлиных и несколько командиров полков Гибель дворянской конницы решающим образом подорвала боеспособность русского войска. Больше за время русско-польской войны оно не смогло осуществить ни одной успешной крупной наступательной операции.

9 июля Выговский и хан сняли осаду с Конотопа. В гарнизоне города к тому времени осталось лишь 2,5 тысячи человек. Трубецкой начал отступать, причем значительная часть стрельцов и солдат потонула во время переправы через реку. Остатки русской армии укрылись в Путивле. Там Выговский не стал их преследовать, все еще надеясь договориться с московским царем. Находившиеся вместе с украинским гетманом поляки рвались в бой, надеясь отомстить за пленение литовского гетмана Винцента Гонсевского, в нарушение перемирия обманом захваченного вместе со своими людьми войском русского князя Хованского в Вильно. Но Выговский запретил им действовать с украинской земли. У него еще оставались наивные надежды, что царь Алексей признает самостоятельность Украины под польским протекторатом и дело закончится миром.

Украинское войско отошло к Гадячу, который так и не смогло взять. Там упорно оборонялся сторонник московской ориентации полковник Павел Охрименко. Хан с основной частью армии ушел в Крым. Отдельные татарские и казачьи отряды разграбили пограничные русские земли, населенные в основном выходцами с Украины. Выговский вернулся в гетманскую столицу Чигирин и собирался изгнать воеводу Шереметьева из Киева. Но Шереметев и товарищ воеводы князь Юрий Борятинский сожгли все местечки вокруг Киева, безжалостно истребив население. Вообще, насилия, чинимые населению Украины русскими войсками с самого их появления там, стали одной из главных причин перехода Выговского и казацкой старшины вместе со значительной частью рядовых казаков в польский лагерь. Польское господство после знакомства с безобразиями, творимыми московскими воеводами, казалось уже не таким страшным.

Но Речь Посполитая к тому времени уже превращалась в «больного человека Европы». Королевская власть была очень слаба. Она не могла защитить своих православных подданных ни от бесчинств католических магнатов, ни от угрозы церковной унии, которую казаки отвергали. Поэтому на практике польско-украинский союз был столь же непрочен, как и русско-украинский. Гетманы Украины со своим войском еще не раз побывали и на стороне России, и на стороне Польши, а гетман Петр Дорошенко долгое время был союзником Турции.

Положение Выговского даже после победы под Конотопом оставалось непрочным. Многие казацкие полковники под влиянием русской агитации сохраняли ориентацию на Москву. К ним присоединился и нежинский полковник Василий Золотаренко, сам надеявшийся стать гетманом. Вместе протопопом Филимоновым они возглавили восстание против Выговского и в конце августа пригласили Трубецкого, как раз занятого расстановкой кордонов против возможного казацко-татарского вторжения в русские земли, приглашением вновь вернуться на Украину с московским войском. В Переяславле полковник Тимофей Цыцура истребил более 150 сторонников Выговского и освободил несколько сот русских пленных.

11 сентября казаки Цыцуры при поддержке Золотаренко и местного населения внезапно напали на стоявшие в городе пять польских хоругвей и перебили почти всех поляков. В других городах и селах Левобережной Украины также прошло избиение польских войск. Местное население не хотело терпеть тяготы, связанные с постоем польских солдат, и подозревало поляков в намерении утвердить унию. Почти все города Левобережья отложились от Польши и вновь присягнули русскому царю.

В конце сентября на Украину наконец, после долгих колебаний, вернулось московское войско. 21 сентября на раде под Германовкой, недалеко от Чигирина, украинская старшина отвергла Гадячский договор. Выговский бежал под прикрытием отряда в тысячу поляков под командованием Андрея Потоцкого. Через несколько дней на новой раде под Белой Церковью Выговский отрекся от гетманства. Новым гетманом Украины был избран сын Богдана Хмельницкого Юрий.

На короткое время вся Украина вернулась под власть Москвы. Но это продолжалось недолго. В 1660 году после заключения польско-шведского мира в Оливах польские гетманы Стефан Чарнецкий и Павел Сапега разбили войска князей Долгорукого и Хованского в Белоруссии, заставив отступить их соответственно в Полоцк и Смоленск. На Украине в сентябре большое московское войско воеводы Василия Шереметева при поддержке казаков Хмельницкого предприняло наступление на Львов. Своим высокомерием и откровенным презрением к казакам Шереметев раздражал казацкую старшину и гетмана, а русские войска опять творили насилия на Украине. Воевода самоуверенно говорил, что с таким войском, какое дал ему царь, можно будет обратить в пепел всю Польшу и самого короля доставить в Москву в оковах. Шереметев в запальчивости утверждал. «При моих силах можно с неприятелем управиться и без помощи Божией!»

Войско, действительно, было большое, — 27 тысяч человек, да еще в 11 казачьих полках, подчинявшихся непосредственно воеводе, было примерно 15 тысяч человек. Но казаки не горели желанием проливать свою кровь вместе с «москалями». К тому же жалованье казакам платили обесценивавшимися на глазах московскими медными копейками, которые в следующем году стали причиной знаменитого Медного бунта в Москве. Юрий Хмельницкий с основной частью казацкого войска численностью до 40 тысяч человек выступил в поход на Польшу по Гончарному шляху. Шереметев же вместе с русской армией и приданными казаками шел Киевским шляхом.

Полякам стало известно о раздорах в неприятельском лагере. Польский коронный гетман Станислав Потоцкий и польный гетман Юрий Любомир-ский предложили Юрию Хмельницкому вернуться под власть короля. Потоцкий стоял с войском у Тарнополя, а Любомирский спешил ему на помощь из Пруссии. В соединенном польском войске было 12 пеших и 10 конных полков — всего более 30 ысяч человек. Шереметев рассчитывал встретить на Волыни одного Потоцкого и был очень удивлен, встретив здесь также войско Любомирского.

В лагере у Чуднова русская армия была осаждена поляками и подошедшей к ним на помощь 40-тысячной татарской ордой. Шереметев надеялся только на подход Хмельницкого, шедшего другой дорогой, чем московское войско.

Полякам был известен маршрут движения казацкой армии. Потоцкий остался у Чуднова с пехотой, а Любомирский двинулся с конницей против казаков. С ним был и бывший гетман Выговский, носивший титул воеводы киевского. При Слободище, недалеко от Чуднова, передовые части Хмельницкого 17 октября были разбиты, после чего гетман и старшина 19-го числа перешли на сторону поляков вместе со всем войском.

Шереметев, получивший известие о польском нападении на Хмельницкого и не зная об измене гетмана, 24 октября выступил ему на помощь, но наткнулся на польские шанцы. Будучи атакован с трех сторон поляками и пришедшими им на помощь татарскими отрядами, воевода потерял обоз и артиллерию и остатками войска укрылся в лесу.

27 октября между гетманом Украины и Польшей был заключен в Чуднове новый договор, повторявший Гадячский, но без упоминания Русского Княжества, что ограничивало автономию Украины в Речи Посполитой. После этого казаки, бывшие в осажденном лагере Шереметева, перешли к полякам.

4 ноября русское войско капитулировало. Шереметев попал в плен к татарам и пробыл там 22 года. Украина подверглась татарским набегам, и казаки вынуждены были бороться с этими польскими союзниками. Князь Барятинский удержал Киев. Русские отряды остались на левом берегу Днепра. Но после чудновской катастрофы русские войска вплоть до конца войны ограничивались лишь обороной. Польские войска впоследствии предприняли несколько рейдов на Левобережье, но не могли удержаться в разоренной стране. Невозможно было брать укрепленные города, поскольку для длительной осады не хватало фуража и продовольствия. Последний из таких рейдов, во главе с королем Яном Казимиром и правобережным гетманом Павлом Тетерей, был совершен в конце 1663 — начале 1664 года.

В начале 1663 года Юрий Хмельницкий отрекся от гетманства, после чего Левобережье и Правобережье Днепра стали выбирать отдельных гетманов.

Тем самым был фактически закреплен раздел Украины между Россией и Польшей.

В Белоруссии и Литве, менее пострадавших от войны, чем Украина, московские армии теряли одну позицию за другой. Сюда не доходили татары, да и казаки появлялись не часто. Шляхта, вначале отложившаяся от короля, под влиянием притеснений со стороны московских воевод вновь приняла сторону Яна Казимира. В 1661 году был осажден русский гарнизон в Вильно, капитулировавший в ноябре следующего года. Осенью 1661 года поляки разбили русскую армию в сражении при Клушниках. Вскоре под польский контроль перешли Полоцк, Могилев и Витебск — последние русские опорные пункты в Белоруссии.

30 января 1667 года в деревне Андрусово под Смоленском было заключено русско-польское перемирие. К России перешли Смоленская и Черниговская земли и Левобережная Украина, а Запорожье было объявлено находящимся под совместным русско-польским протекторатом. Киев был объявлен временным владением России, но по «вечному миру» 16 мая 1686 года перешел к ней окончательно. Взамен Киева русские уступили полякам несколько небольших пограничных городов в Белоруссии.

Прекращению русско-польских войн способствовала угроза обоим государствам со стороны Турции и ее вассала Крымского ханства В результате русско-польских войн Польша лишилась значительной части своих владений с преимущественно православным населением. Эти войны, равно как и войны Польши со Швецией, способствовали ослаблению Польского государства. Этот процесс завершился во время Великой Северной войны, из которой Польша формально вышла победительницей. Разделы Речи Поспо-литой в 1772—1795 годах между Россией, Пруссией и Австрией проходили без больших войн, ибо ослабевшее из-за внутренних неурядиц государство уже не могло оказать серьезного сопротивления более могущественным соседям.





СТО ВЕЛИКИХ ВОЙН

МОСКВА «ВЕЧЕ» 2001
Соколов Б.В.