100 ВЕЛИКИХ ВОЕННЫХ ТАЙН

ВОЙНЫ СРЕДНИХ ВЕКОВ

ПОБЕДА ЦЕНОЙ В ТРИ ЖИЗНИ

(По материалам Д. Уварова.)



В начале XIII века французский король Филипп II Август захватил ряд английских владений на территории Франции, в том числе Нормандию и ряд крупных городов, которые он привлек на свою сторону. Естественно, это тотчас вызвало реакцию туманного Альбиона, не желавшего мириться с потерей своих владений. Английский король Иоанн Безземельный организовал коалицию против французского короля, в состав которой входили германский император и племянник английского короля Оттон IV, граф Фердинанд Фландрский, граф Рейнгард Булонский и некоторые другие феодалы. В походе против Франции участвовали преимущественно нижнегерманские вассалы, герцоги Брабантский, Лимбургский и Лотарингский, графы Голландский и Намюрский и Брауншвейгский. Брат английского короля, граф Солсбери, явился к германскому императору с большими денежными средствами, позволившими организовать широкую вербовку наемников в Вестфалии и Нидерландах. Как итог коалиция ставила себе целью расчленение Франции.

Филипп-Август готовился к десантной операции в Англии, но заготовленный с большими издержками флот вследствие измены графов Фландрского и Булонского погиб. Тогда в мае 1214 года английский король вторгся в Пуату, но потерпел неудачу и находился уже накануне полного уничтожения, когда с севера обозначился главный враг Франции – армия Оттона IV, собиравшаяся у Нивеля, расположенного южнее Брюсселя.

Собрав в городе Перонь французские войска, 23 июля Филипп-Август перешел в наступление. Вскоре задержавшаяся до 26 июля у Валансьена германская армия получила известие, что французы находятся уже почти у нее тылу, в Турнэ. Филипп-Август через Дуэ и Бувин достиг Турнэ и здесь узнал, что немцы, имея сильную пехоту, перешли из Валансьена в Мортань. Считая местность в долине Шельды неудобной для конного боя и с тем, чтобы выиграть нормальные сообщения с тылом, французский король 28 июля решил отойти к Лиллю. Немцы, узнав об отступлении, решили погнаться за французами.

Когда большая часть французской армии уже перешла непроходимую вброд реку Марк по мосту у Бувина, к французскому королю явился Гарэн, рыцарь ордена иоаннитов, он же епископ Санлисский, канцлер и друг короля, ездивший с виконтом Мелюнским и отрядом легкой конницы на рекогносцировку к стороне неприятеля. Гарэн доложил, что к Бувину скоро подойдет неприятельская армия. Тотчас был собран совет баронов. По настоянию Гарэна французский король решился вступить в бой; войска были повернуты на правый берег Марка, и когда к Бувину подошли немцы, они к удивлению своему увидали, вместо хвоста отступающей колонны, готовую к бою армию. Германская армия, ожидавшая в ближайшие дни присоединения еще пятисот рыцарей, уклониться от боя уже не могла. Боевые порядки построились друг против друга.

Сила каждой из армий может быть оценена в 6–8 тысяч бойцов (по другим, явно превышенным, данным – 11 000). У немцев было 1300 рыцарей, число французских рыцарей превышало 2000. Наемная пехота германцев была крепче французской коммунальной милиции, набранной Филиппом II Августом. Именно эта милиция, состоявшая преимущественно из пеших стрелков, а также городских сержантов, образовала завесу, за которой устраивалось рыцарство. Филипп II Август находился в центре. Храбрейший из его окружения рыцарь держал возле него орифламу – королевское знамя с белыми лилиями на красном поле. 150 сержантов охраняли мост – единственную переправу в тылу французов. Рыцари Иль-де-Франса под начальством Монморанси, не успевшие еще стать в боевой порядок, к началу боя находились на левом берегу реки Марк.

Немецкая пехота и рыцари стали в центре. Здесь же за пехотой находился император Оттон со своей хоругвью – золотым орлом, держащим змею, – укрепленной на повозке. Правое крыло армии находилось под командой герцога Солсбери и графа Булонского. Последний имел 400 (или 700) наемников – брабансонов – пеших алебардистов, которых поставили в круг, образуя живое укрепление в рыцарском строю. Левое крыло образовывали фламандцы герцога Фландрского. Общая ширина фронта боевого порядка была около 2000 шагов.

Первыми ударили французы. Они ринулись на герцога Фландрского. Гарэн, фактически здесь командовавший вместо номинального герцога Бургундского, приказал 150 всадникам из аббатства Святого Медарда атаковать фламандских рыцарей. Надо заметить, что эти монастырские служилые люди, сателлиты, не пользовались большим уважением. Чтобы не унижать своего достоинства, фламандские рыцари встретили атаку на месте – чтобы не сражаться с таким неприятелем в равных условиях.

Разогнав завесу из сержантов Суассона и милиции Шампани и Пикардии, фламандские рыцари, сильно расстроенные, наконец вступили в бой с французскими. В это время к правому крылу французов подошел со своим авангардом Монморанси и ударом во фланг смял всех фламандцев.

Германская пехота, в центре поддержанная рыцарями, мгновенно смяла милиции Иль-де-Франса и Нормандии. Французский король оказался в самой гуще рукопашной схватки. Один немецкий пехотинец даже стащил его крюком с лошади, но подоспевшие рыцари разогнали и изрубили германскую пехоту, опрокинув немцев.

Император Оттон IV, также сбитый с коня, сел на уступленную ему рыцарем Бернгардом фон Хорстмаром лошадь и ускакал с поля битвы в Валансьен. Примеру императора последовал весь центр, на который уже успели навалиться освободившиеся французские рыцари Монморанси и правого крыла. На французском левом крыле командовал граф Дре. Брат его, епископ Бове, ударом палицы – а по легенде, епископ применял только ее, считая для духовного лица неудобным применять режущее оружие, – свалил с коня герцога Солсбери.

Отчаянно защищался граф Булонский, который, как изменник своему сеньору, с проигрышем в сражении лишался и всех своих владений. Оставшись с шестью рыцарями, граф Булонский укрылся внутри круга брабансонов. Те отбили первую атаку рыцарей графа Понтье, но вторая атака рыцарей Фомы де Сент-Валери прорвала их строй, брабансоны были порублены, граф Булонский, сбитый с коня, был ранен и взят в плен.

В определенный момент король Филипп II Август приказал ограничить преследование одной милей и трубить сбор. В итоге были захвачены императорская хоругвь и пленные – 5 графов, 25 баронетов, – крупных вассалов, водивших под своим знаменем других рыцарей, и свыше ста рыцарей. У французов, помимо нескольких десятков раненых и попадавших рыцарей, было только 3 убитых рыцаря. У германцев на поле брани полегли около 70 рыцарей и до 1000 солдат.

Такие потери удивительно малы в сравнении с огромным политическим значением этого сражения, которое кристаллизовало единство французской нации, дало пережить каждому французу чувство гордости и удовлетворения и обеспечило рост королевской власти над феодалами. Для Англии это сражение связано с потерей французских провинций. В итоге Иоанн Безземельный в 1215 году вынужден был подписать Великую Хартию Вольностей. Что касается немцев, то Германии сражение обеспечило торжество папы и дало князьям перевес над императорской властью. И эти бесконечные по значению результаты в рыцарском сражении, которое считалось в Средневековье особенно затяжным и упорным, были куплены победителем ценой в три рыцарских жизни. Событие, поистине достойное книги военных рекордов, если бы таковая существовала.

В чисто военном отношении обращает на себя внимание жалкая роль пехоты.

Весь бой имел характер массовых поединков. При этом нельзя не усмотреть натяжки в том, что некоторые исследователи действия просто опоздавшего к началу коннетабля Монморанси, героя этого дня, захватившего 16 знамен, подводят под категорию действий общего резерва и этим стремятся перенести на средневековую рыцарскую анархию современные тактические идеи.

Кроме того, здесь не обошлось и без случайности. Трудно говорить о том, что марш французов на Дуэ – Бувин – Турнэ изначально имел целью отрезать имперцев от Фландрии. Скорее всего, оба противника разошлись из-за плохой разведки, после чего оба оказались взаимно в тылу. Вопрос, принимать или не принимать бой, обсуждался баронами с точки зрения, что 27 июля – воскресенье, и лучше отложить бой на понедельник. Наконец, довольно рискованно было принимать сражение, имея почти перевернутый к Франции фронт и единственную переправу в тылу. Кроме того, не было преследования.

Создается впечатление, что основные вопросы государственной жизни являлись поставленными на карту в турнирной игре. Тем не менее значение этой битвы, о чем уже говорилось, трудно переоценить.





Шишов Алексей Васильевич

100 ВЕЛИКИХ ВОЕНАЧАЛЬНИКОВ

Книга содержит ровно сто очерков, расположенных в хронологическом порядке и посвященных различным военным событиям – переломным, знаменитым, малоизвестным или совсем неизвестным. Все они в той или иной степени окутаны завесой тайны и до сих пор не имеют однозначной оценки, столь свойственной массовому сознанию.