Ваша електронна бібліотека

Про історію України та всесвітню історію

СТО ВЕЛИКИХ СКУЛЬПТОРОВ

ЖАН-БАТИСТ КАРПО

(1827-1875)

Жан-Батист Карпо родился, по одним данным, 11, по другим - 14 мая 1827 года в Валансьенне. Сын бедного валансьенского каменщика, учился поначалу в разных маленьких рисовальных школах, а потом с 1844 года у Рюда. Поступив в парижскую Школу изящных искусств, Карпо занимался у Ф. Дюре и Д. Анжерского. В 1854 году получил римскую премию за группу "Гектор вверяет своего сына, Астианакса, покровительству отца богов". В качестве пенсионера правительства Карпо отправился в 1856 году в столицу Италии.

В Риме Карпо испытал несомненное влияние Микеланджело, позднего Донателло. Из столицы Италии он выслал на родину первую значительную работу - "Паломбелла". Это портрет простой итальянской девушки, которая произвела своей красотой сильное впечатление на молодого ваятеля. Здесь Карпо не обнаруживает настоящего интереса к человеческой индивидуальности, а скорее стремится создать обобщенный образ прекрасной итальянки.

А вот выполненные позднее портреты французских аристократов - маркизы де ла Валетт и маркиза де ла Пьенн - уже говорят об усиливающемся внимании к индивидуальному началу. Эти работы понравились именитым заказчикам и открыли Карпо доступ в высшие сферы общества.

В Италии Карпо исполнил и другие значительные произведения: гипсовую статую "Мальчик-рыбак" (1858), а потом и группу "Уголино с его детьми" (1860), благодаря которой он получил громкую известность.

Вернувшись во Францию в 1861 году, Карпо становится постоянным посетителем резиденции Бонапартов в Париже и Компьене. Скульптор работает над портретами Наполеона III и других членов императорской семьи. При этом молодой мастер создает немало холодных идеализирующих изображений. Карпо использует различные варианты композиций - от строгих решений римских портретов до динамичных и сложных, присущих барочным и рокайльным мастерам.

Бронзовая группа "Уголино", выставленная в Салоне 1863 года, сразу же вызвала ожесточенную критику официальных кругов. Сюжет скульптуры заимствован из Дантова "Ада", где поэт описал гибель пизанского тирана, брошенного в башню смерти и умершего там вместе с детьми от голода. Голова Уголино подперта руками, его лицо искажено муками боли и страдания. Он окружен детьми, в отчаянии умоляющими его о спасении и при агонии которых он, бессильный, присутствует. В этом полном драматизма произведении чувствуется влияние классики мировой скульптуры, а особенно работы Микеланджело и античной группы "Лаокоон". Пирамидальная композиция, составленная из пяти обнаженных фигур, очень сложна по построению и свидетельствует о большом мастерстве скульптора. Все персонажи находятся в различном физическом и духовном состоянии, однако они объединены единым чувством страдания и безысходности. Начиная с маленького тельца ребенка, безжизненно лежащего на земле, это чувство безысходности проходит через все фигуры и своего кульминационного момента достигает в образе самого Уголино. Скульптор демонстрирует великолепное знание анатомии человеческого тела. Драматизм и динамизм группы усиливается благодаря пластически выразительной лепке фигур.

Лучшим в наследии Жана-Батиста Карпо являются его монументально-декоративные композиции. А среди них выделяется скульптурная группа "Танец". Она была исполнена в 1869 году для фасада Парижской оперы, построенной по проекту Шарля Гарнье.

Первоначально скульптор работал над группой "Лирическая драма". Им был сделан в гипсе эскиз группы, состоящей из мужской и женской обнаженных фигур и летящего над ними гения.

Гарнье остался неудовлетворенным представленным эскизом и поручил Карпо создать композицию "Танец", справедливо полагая, что этот сюжет будет более соответствовать темпераменту скульптора и его стремлению к передаче движения. Карпо выполнил новые эскизы и увеличил количество фигур. Скульптурная группа "Танец" была исполнена из камня в течение 1861 - 1869 годов. Пресса, поддерживавшая скульпторов академического направления, плохо отозвалась об этой группе и требовала убрать ее с фасада оперы. Лишь война 1870 года приостановила эту кампанию, и "Танец" остался на месте. Позднее скульптурная группа была перенесена в Лувр, а на фасаде театра установлена ее копия.

В этом произведении Карпо проявил себя подлинным монументалистом. Благодаря выразительности силуэта и четким скульптурным формам группа удачно связалась с архитектурным окружением. Она с первого взгляда покоряет зрителя естественностью и динамичностью верно схваченных движений.

Композиция группы вызывает впечатление жизненной правдивости, естественности. В веселом хороводе кружатся девушки, их простые милые лица далеки от классического типа красоты. В вихре движения развеваются волосы, гирлянды цветов. А над всей группой возвышается гений. Его поднятые вверх руки, вся фигура, полная пафоса и динамики, как бы призывает к радости и веселью. Эта пластичная и крепкая по форме скульптура отражает правдивое и жизнерадостное восприятие жизни ее автором, проявившим здесь себя мощным реалистом.

Интересно, что гипсовая модель скульптурной группы "Танец" для фасада Парижской оперы гораздо живее и четче, чем окончательный вариант в камне. Кокетливая веселость группы, навеянная стилем рококо, как нельзя лучше соответствует необарочной архитектуре Шарля Гарнье. В отличие от "Полины Боргезе в виде Венеры" Кановы, фигуры Карпо выглядят скорее раздетыми, чем обнаженными. Они настолько фотографически реалистичны в деталях, что мы не воспринимаем их как законных обитателей мифологического царства. Здесь "правда" разрушила воображаемую реальность, которая еще оставалась у Кановы.

Карпо был видным скульптором второй половины XIX столетия, оказавшим заметное влияние на развитие французской пластики. При всем многообразии и неровности его произведений творчество скульптора в целом пронизано любовью к жизни, к человеку. Карпо не принимает господствующее в то время салонное искусство с его фальшиво-сентиментальной патетикой. По сравнению с мертвенно-застывшими академическими статуями, которыми были полны официальные выставки тех лет, работы Карпо привлекают жизненностью.

Уже говорилось о портретах Карпо. Не все они однозначны, но немало среди них правдивых, темпераментных, вошедших в золотой фонд французской пластики.

Подлинный шедевр Карпо - бюст танцовщицы Эжени Фиокр (1869). Над ним мастер работал одновременно с композицией "Танец".

Бюст экспонировался на Салоне 1870 года. Критик Ж. Кастаньяри писал о "парижской мордочке, такой восхитительно тонкой и дерзкой", о плечах и спине, глядя на которые "вздрагиваешь, настолько правдиво и интимно передано тело".

"Действительно, - отмечает Н.Н. Калитина, - в лице мадемуазель Фиокр сочетаются и дерзость, и насмешливость, и сознание собственного очарования. Формы перетекают одна в другую (маленькая головка с подобранными вверх волосами, гибкая шея, открытые плечи и спина) и контрастируют друг с другом (волосы - лоб, грудь - шарф, роза). Бюст завершает тонко профилированная стойка, на которую красиво ниспадают подвижные складки ткани. Никогда раньше и никогда позднее Карпо не создавал более совершенного женского портрета. В отмеченных критикой 1860-х годов портретах принцессы Матильды и императрицы Евгении при всей виртуозности их исполнения не чувствуется в такой мере, как в портрете балерины "Гранд-Опера", творческого вдохновения, приподнятости. И это естественно, ибо Карпо был скован сознанием именитости заказчиц, которых он должен был показать в выигрышном свете, возвеличить. Портретируя же мадемуазель Фиокр, он творил самозабвенно, еще не остыв от чувства радостного волнения, с которым следил за танцем балерины. Подвижная, лишенная академической заглаженности, холодности, пластика бюста великолепно передает трепет жизни".

Главный секрет художественного воздействия лучших портретов Карпо в жизненности и искренности. Именно это свойство выгодно отличает их от бюстов Клезенже или от официальных портретов его самого. Ведь уже упомянутый Клезенже или Каррье-Беллез также обладали высоким профессионализмом. Эти скульпторы не менее эффектно, чем Карпо, умели обыграть позы и костюмы.

"Сказанное о женских портретах Карпо, - продолжает Калитина, - можно с небольшими оговорками отнести и к портретам мужским. Наиболее удаются ваятелю те, что изображают близких людей, собратьев по профессии. Таков портрет Шарля Гарнье (1869, бронза, Париж, Музей оперы) - архитектора "Гранд-Опера", которого Карпо знал с детских лет, таков портрет Жерома (1871, бронза, Париж, Лувр), скульптор сблизился с портретируемым во время пребывания в Англии. Увлеченный личностью изображенных, Карпо уделяет незначительное внимание костюму, аксессуарам; в портрете Жерома он вообще не вводит в композицию фигуру, ограничиваясь изображением головы и шеи, в связи с чем портрет был прозван современниками "говорящей головой". Определение "говорящая" точно передает специфику трактовки образа Жерома, как, впрочем, и Гарнье. Оба художника видятся ваятелем в активном общении с окружающими, как бы обращающимися к невидимому собеседнику. Этот активный контакт с внешним миром выражается не только в "говорящих" чертах лица. Он присущ самой пластической лепке, подвижной и экспрессивной. Герои Карпо - типичные представители той части художественной интеллигенции Франции, к которой принадлежал сам ваятель. Это люди деятельные, энергичные, честолюбивые. При всей увлеченности искусством, собственно художественными проблемами они обладают способностью трезво оценивать жизненные ситуации и ясно определять жизненные цели".

Хотя Карпо по своему направлению был реалистом, но подражание формам действительности, чуждое всякой идеализации, соединялось в его произведениях с глубиною экспрессии и сильною передачей движения.

Кроме уже упомянутых, надо назвать и другие замечательные произведения мастера: барельеф на павильоне Флоры (1863-1866) в Тюильри, статуи молодой девушки с раковиною и раненого Амура, бронзовую скульптурную группу "Четыре части света" (1867-1872) для фонтана на площади Обсерватории в Париже.

Умер Карпо 11 или 12 октября 1875 года в Курбевуа, ныне О-де-Сен.





Мусский С. А.

100 ВЕЛИКИХ СКУЛЬПТОРОВ

Скульптура - одно из наиболее древних по происхождению искусств. И первым скульптором материальных, осязаемых форм был, безусловно, Создатель всего сущего. Пытаясь воссоздать в глине или камне окружающий мир, любой скульптор стремится не просто воплотить страсть к творчеству, но и наделить холодную форму огнем жизни, одухотворить материю, стать причастным к сотворению мира. В этом притягательная мощь искусства скульптуры. В книге представлены биографии и творческий путь лучших мастеров от Фидия и Праксителя до Микеланджело и Родена.