Ваша електронна бібліотека

Про історію України та всесвітню історію

СТО ВЕЛИКИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ

АМЕРИКА

РЕКА АМАЗОНКА (Бразилия—Перу)

Индейцы называют Амазонку «Парана-Тинг», что означает «Королева Рек». И действительно, эта река по всем параметрам величайшая в мире. Она несет четверть всех вод, выносимых в океан реками нашей планеты. А площадь ее бассейна — больше семи миллионов квадратных километров — позволяет разместить в нем весь материк Австралии или такую страну, как США. В устье ширина Амазонки достигает двухсот километров, а глубина — ста метров! Даже у перуанского города Икитос, в трех с половиной тысячах километров от устья, глубина реки больше двадцати метров, так что сюда добираются морские суда.

Полноводность Амазонки объясняется просто: она течет почти точно по экватору, а обычный для этих мест летний сезон дождей попеременно наступает то в северном полушарии (в марте—сентябре), на ее левых притоках, то в южном (с октября по апрель) — на правых притоках.

Таким образом, великая река живет фактически в условиях постоянного половодья.

До недавнего времени было неизвестно точно, где находятся истоки Амазонки. Ее протяженность вместе с главным из двух истоков, рекой Укаяли, примерно определяли в 6565 километров, что ставило Королеву Рек на второе место в мире после Нила, длина которого на сто с лишним километров больше. Но организованная в 1995 году международная экспедиция, добравшись по Укаяли до верховьев, обнаружила, что этот исток, в свою очередь, образуется от слияния двух рек: Апуримака и Урубамбы. Выйдя к истоку реки Алуримак, исследователи определили, что общая протяженность всей грандиозной водной системы Апуримак—Укаяли—Амазонка — 7025 километров и, следовательно, именно она является первой в мире по длине. Нил с его истоками Белым Нилом, Альберт-Нилом, Виктория-Нилом, озером Виктория Кагерой короче почти на триста километров.

Надеюсь, читатель извинит автора за обилие цифр, но, говоря о та ком гиганте, как Амазонка, не обойтись без хотя бы краткой статистики. У Амазонки более 500 притоков. Семнадцать из них длиной от 1800 до 3500 километров. (Это, для сравнения, протяженность Дона и Волги!) Огромная масса речной воды, выносимая Амазонкой, опресняет море на 400 километров от устья.

Самый большой в мире речной остров, расположенный в дельте Амазонки — остров Маражо, имеет площадь 48 тысяч квадратных километров, то есть большую, чем Швейцария или Нидерланды, а вся дельта по площади больше Болгарии.

Название Амазонка река получает после слияния Укаяли с рекой Мараньон. Оба истока начинаются в Андах и прорываются на равнину через узкие скалистые ущелья — понго. На дне этих теснин нет места даже для узкой тропинки — это сплошной клокочущий свирепый поток с торчащими тут и там камнями, сужающийся порой до двадцати метров. Особенно своенравный характер у Мараньона. На пути с гор он проходит через 27 понго. Нижнее, самое грозное из них — Понго де Мансериче («Ворота попугаев»). Прорвавшись через последний каньон, река выходит на необъятную равнину Амазонии и становится судоходной.

Амазонская низменность, или Амазония, — величайшая низменность на Земле. Это обширное царство болот и джунглей, где единственными дорогами являются реки. Впрочем, дорог этих хватает с избытком — ведь реки Амазонии судоходны на протяжении восьми тысяч километров. Во время паводков, когда уровень Амазонки поднимается на двадцать метров, низкие берега затопляются на 80—100 километров в округе. Огромные территории представляют собой тогда бескрайнее море с торчащими из воды деревьями.

В обычное же время Амазонка не выглядит гигантской рекой, поскольку разбивается на множество рукаязов, разделенных островами.; Встречаются на реке и плавучие острова, медленно двигающиеся вниз по течению. Они образованы переплетенными корнями растений и стволами упавших деревьев, на которых поднялась новая растительность. Уклон Амазонской низменности настолько мал, что влияние океан-' ских приливов заметно здесь даже за 1000 километров от устья реки. Особенностью амазонских приливов является знаменитая «поророка». От столкновения могучей реки с идущей навстречу приливной волной на Амазонке образуется высокий вал, увенчанный пенистым гребнем. Он катится вверх по реке с громким гулом, сметая все на своем пути. Горе судну, которое не успеет заблаговременно укрыться в боковой протоке или в бухте — ревущая шестиметровая водная стена перевернет и потопит его. Индейцы с незапамятных времен испытывали суеверный страх перед этим загадочным и грозным явлением, представлявшимся им каким-то жутким чудовищем, опустошающим берега и наводящим ужас своим клокочущим ревом. Отсюда и название грозного вала — поророка («гремящая вода»).

Первое сквозное плавание по Амазонке от Анд до океана совершил в 1842 году испанский конкистадор Франсиско Орельяна. За восемь месяцев его отряд проплыл по реке почти шесть тысяч километров. Сейчас даже трудно представить себе, чего стоило испанцам это почти невероятное путешествие через весь континент без карт, без знания особенностей реки и языков местных племен, без запасов пищи, на утлом самодельном суденышке. Крокодилы и анаконды, пираньи и речные акулы — все эти «прелести» Амазонки отряду Орельяны пришлось испытать, что называется, на своей шкуре.

Не раз в пути испанцам довелось столкнуться с воинственными индейцами. В одном месте, у устья реки Тромбетас, сражение было особенно яростным. И больше всего поразило конкистадоров то, что в первых рядах индейских воинов сражались высокие полуобнаженные женщины, вооруженные луками. Они выделялись своей неустрашимостью даже на фоне своих соплеменников. Отважные воительницы напомнили испанцам античный миф об амазонках — женщинах-воинах, не знавших поражений. Поэтому Орельяна и назвал реку Амазонкой.

С тех пор на великой реке побывало немало ученых-исследователей.

Француз Кондамин, немец Гумбольдт, англичанин Бейтс и российский путешественник Лангсдорф в конце XVIII — начале XIX века сумели проникнуть в дебри Амазонии и открыли для науки удивительный живой мир Королевы Рек и окружающих ее влажных лесов.

В водах здешних рек обитают 2000 видов рыб — треть всего разнообразия пресноводного рыбного царства Земли. (Во всех реках Европы — всего 300 видов.) Среди уникальных обитателей Амазонки гигантская пятиметровая пираруку (или арапаима), достигающая 200 килограммов веса, двухметровый электрический угорь, сбивающий человека с ног разрядом тока в 300 вольт, огромные речные скаты со смертоносным шипом на хвосте, опасная речная акула и маленькая зубастая пиранья, наводящая ужас на местных жителей.

Агрессивность этой хищной твари неописуема. Охотник, подстреливший из лодки кабана или тапира, зачастую не успевает доплыть с трофеем на буксире до берега: от здоровенной туши стая кровожадных рыбешек оставляет один скелет. Случается, что для успешного перехода стада через реку пастухам приходится пожертвовать одной коровой, которую, предварительно поранив, заводят в воду ниже переправы. Пока пираньи расправляются с жертвой, остальные животные успевают перейти брод. Даже пойманная на удочку злобная хищница отчаянно извивается в руках рыбака, норовя откусить ему палец острыми, как бритва, зубами.

Водятся в Амазонке и огромные ламантины — родственники морской коровы, и речные дельфины, и пятиметровые крокодилы — черные кайманы, жертвой которых нередко становятся не только двухметровые тапиры или миниатюрные свинки-пекари, пришедшие на водопой, но и неосторожные охотники. Правда, индейцы все же говорят, что «лучше один большой крокодил, чем три маленькие пираньи»...

Но самый известный, наверное, обитатель амазонских вод — чудовищный водяной удав анаконда. Встречаются анаконды длиной до 12 метров и двухметровые в обхвате! Впрочем, охотники рассказывают о пятнадцати- и даже восемнадцатиметровых змеях. Трудно даже вообразить себе такую «живую трубу», которая могла бы достать до земли, свесившись с крыши шестиэтажного дома. Места, где водятся анаконды, и бывалые индейцы-охотники обходят стороной. Противостоять двухсоткилограммовой великанше не может ни один зверь в сельве (так именуют в Бразилии амазонские леса). Жертвами анаконды становятся порой даже ягуары, переплывающие реку.

А на глади спокойных стариц и заливов в бесчисленных рукавах Амазонки покачиваются полутораметровые листья самой большой кувшинки на свете — Виктории Регии. Круглые, с загнутыми вверх краями, они напоминают какие-то странные зеленые сковородки. На таком листе спокойно может сидеть, подобно Дюймовочке, ребенок лет двенадцати—четырнадцати.

Влажный тропический лес Амазонии — самый богатый по числу видов из всех лесов, растущих на нашей планете. На десяти квадратных километрах здесь можно насчитать до 1500 разных видов цветов, 750 видов деревьев, больше сотни различных млекопитающих, 400 видов птиц и множество змей, земноводных и насекомых. Многие из них до сих пор неизвестны и не описаны.

Самые большие деревья сельвы достигают 90 метров высоты и 12 метров в обхвате. Даже названия их звучат, как музыка: бертолеция, маморана, цинамон, цедрелла, бабасу, ротанг, гевея... Многие из них представляют большую ценность. Высоченные бертолеции славятся своими вкусными орехами. В одной скорлупе, весящей несколько килограммов, находится до двух десятков этих орехов. Их собирают только в безветренную погоду, так как сорванная ветром «упаковка» может наповал уложить неосторожного сборщика. Сладкий и питательный сок молочного дерева напоминает по вкусу молоко, а из плодов шоколадного дерева получают какао. Наслышаны все, конечно, и о плодах дынного дерева — папайи, и о гевее, главном каучуконосе современного мира, и о хинном дереве, кора которого дает человечеству единственное средство, позволяющее облегчить приступы малярии, этого бича тропических лесов.

Немало в сельве и деревьев с красивой цветной древесиной, вроде красного дерева пау-бразил, давшего название самой большой стране Южной Америки. А древесина дерева бальса — самая легкая в мире. Она легче пробки. Из бальсы строят индейцы гигантские плоты-жангады, сплавляя лес вниз по Амазонке, Риу-Негру, Мадейре и другим крупным рекам. Такие плоты достигают порой сотни метров в длину и двадцати — в ширину, так что на них иногда размещается целая деревня.

Но больше всего в Амазонии пальм — свыше ста видов! Почти все они: кокосовая, бабасу, тукума, муката, бакаба, жупати и карана — приносят пользу человеку. Одни — своими орехами, другие — древесиной, третьи — волокном, четвертые — ароматным соком. И только ротанговую пальму жители сельвы нещадно проклинают.

Это самое длинное дерево на земле (иногда оно достигает трехсот метров!) — в сущности, лиана. Тонкий ствол его весь усеян острыми шипами. Цепляясь ими за другие деревья, ротанговая пальма тянется вверх, к солнцу. Переплетая древесные ветви и стволы, она образует абсолютно непроходимые колючие заросли. Недаром индейцы именуют ее «канатом дьявола».

Животные — обитатели сельвы — не менее разнообразны, чем растения. Это и самый крупный зверь Амазонии — пугливый и осторожный тапир, и гигантская водосвинка-капибара — мировой чемпион среди грызунов. (Представьте себе добродушную «мышку» в два пуда весом!) Много здесь и обезьян, причем совсем непохожих на своих собратьев из Африки или Азии. Среди них и жутковатая уакири, или «мертвая голова», белая морда которой напоминает череп мертвеца, и паукообразные обезьяны, использующие хвост в качестве «пятой руки».

Даже в зоопарке они протягивают за подачкой через решетку не лапу, а хвост. Живут здесь и крохотные игрунки, самые крупные из которых весят меньше ста граммов, и солидные капуцины, бросающиеся в глаза из-за необычного облика: шерсть на голове у них напоминает капюшон монаха. Но самые известные из всех здешних обезьян, конечно, ревуны.

Их голоса, с которыми не сравниться даже рев льва или тигра, разносятся по окрестностям на пять километров! По ветвям деревьев ловко пробирается главный враг обезьян и самый опасный хищный зверь Амазонии — ягуар. Он, кстати, единственный из кошачьих, кто половину жизни проводит в воде. Если не удалось ничем поживиться на суше, он охотно закусит рыбой, черепахой или капибарой, а то и молодым тапиром. Справляется ягуар и с небольшими крокодилами (зато большие, в свою очередь, не прочь закусить «водоплавающей кошкой»).

Не столь грозен, как ягуар, но тоже опасен и красавец-оцелот. Эта полутораметровая кошка не боится нападать даже на двухметровых анаконд! А в декабре оцелоты по ночам устраивают брачные концерты, наподобие наших мартовских котов.

Самый же незаметный и малоподвижный зверь сельвы — это, разумеется, ленивец. Всю жизнь он проводит, вися спиной вниз на ветках деревьев и неторопливо поглощая листву вокруг себя. Чтобы не двигаться с места, он умудряется крутить головой даже не на 180, а на 270 градусов! Дышит этот флегматик лишь раз в восемь секунд. На суше, если уж доведется спуститься на землю, ленивец двигается со скоростью 20 сантиметров в минуту, как в замедленной киносъемке. «Проворный простак», как шутливо называют его бразильцы, — лакомая добыча и для ягуара, и для оцелота, и для удава, и даже для орла-гарпии.

Спасает ленивца то, что в его шерсти заводятся... водоросли, окрашивающие его шкуру в защитный зеленоватый цвет. Из-за этого неподвижный ленивец почти не различим на ветке, и хищник часто не замечает его.

Под пологом ветвей в ночной темноте бесшумно проносятся летучие мыши-вампиры. Их мелкие тонкие зубы настолько остры, что укушенный во сне человек не чувствует боли и лишь, проснувшись утром, обнаруживает, что подушка вся в крови, а на шее крохотная ранка.

Из сотен видов птиц сельвы самые известные у нас, конечно, крошечные, величиной с пчелу, птички-колибри и огромные, до метра в длину, попугаи-ара. Их яркое оперение, так же как и сверкающие крылья многочисленных бабочек, оживляет однообразную зелень леса. А. над кронами деревьев парит самый страшный пернатый хищник Амазонии — хохлатый тропический орел гарпия-обезьяноед. Мощные мышцы и пятисантиметровые когти делают гарпию настоящей грозой мелких обезьян и ленивцев.

В лесах бассейна Амазонки множество змей, в том числе ядовитых.

Не случайно Бразилия стоит на первом месте в мире по числу людей, ежегодно погибающих от змеиных укусов. Но небольших удавов индейцы издавна приручают и держат в хижинах для защиты от грызунов и змей.

Поражает и повергает в ужас огромный паук-птицеед. Он питается неосторожными колибри, попавшими в его широченную, как рыболовная сеть, паутину. А индейские ребятишки, озорства ради, иногда накидывают на этого паука веревочную петлю и водят за собой по деревне, как собаку.

Но страшнее всего для обитателей сельвы не грозные хищники и ядовитые змеи и пауки, а маленькие муравьи-сакасайя. Они живут большими колониями под землей, но время от времени выходят оттуда огромными полчищами и смертоносной рекой движутся по лесу, уничтожая все живое на своем пути. Звери, птицы, змеи и лягушки — все в панике спасаются от миллионной беспощадной армии: ведь от бесчисленных рыжих «крестоносцев» пощады не будет ни ягуару, ни анаконде! Был случай, когда на пути колонны муравьев оказался лагерь зоологов в джунглях. Люди успели спастись, но запертый в клетке тапир был обглодан насекомыми заживо, так что остался только скелет.

И все же Амазонию не стоит считать только местом кошмаров. Бассейн Амазонки — крупнейший массив влажных тропических лесов на Земле, основной поставщик кислорода в нашу атмосферу. И не зря этот край именуют «зелеными легкими планеты». А богатства его растительного и животного мира — бесценное сокровище, подаренное нам природой. Увы, человек все активнее наступает на сельву, прокладывая дороги, вырубая леса, уничтожая зверей и птиц. Масштабы этого наступления впечатляют. Каждый час сельва лишается четырех квадратных километров своего зеленого одеяния. Если так будет продолжаться, в XXI веке мы, вслед за исчезающими на глазах джунглями Конго, лишимся и лесов Амазонии.

И это станет непоправимой утратой для человечества.





100 великих чудес природы