Ваша електронна бібліотека

Про історію України та всесвітню історію

100 ВЕЛИКИХ ХУДОЖНИКОВ

ЭДУАРД МАНЕ

(1832–1883)

Э. Золя пишет: «Первое впечатление, которое производит любая картина Эдуарда Мане, несколько сурово и терпко. Мы не привыкли видеть такое простое и искреннее толкование действительности. Кроме того, как я говорил, неожиданной кажется и какая-то элегантная резкость. Сначала глаз не замечает ничего, кроме широко положенных пятен. Затем предметы начинают вырисовываться и становиться на место; через несколько мгновений выявляется целое, значительное и прочное, и начинаешь по-настоящему наслаждаться, созерцая эту ясную и серьезную живопись, изображающую натуру с грубоватой нежностью, если можно так выразиться…»

Из воспоминаний А. Пруста: «Часто говорили о том, что главной его заслугой перед искусством было то, что он высветлил палитру, озарил сияющим, ослепительным светом то, что до него терялось в черных и тусклых полутонах. Это завоевание он совершил, неустанно наблюдая игру света и соотношение валеров. Процесс работы давал ему такое наслаждение, потому что, вглядываясь в натуру – будь то натюрморт, живая модель или пейзаж, – он стремился к непосредственной ее передаче, освобождая ее от ненужных наслоений и сложностей».

Сам Мане говорил: «Наш долг – извлечь из нашей эпохи все, что она может нам предложить, не забывая о том, что было открыто и найдено до нас».

Эдуард Мане родился 23 января 1832 года в Париже. Его отец руководил департаментом в министерстве юстиции, мать, урожденная Фурнье, была дочерью дипломата. Позднее в семье родилось еще двое мальчиков.

В восемь лет Эдуард поступил в учебное заведение Пуалу в Вожираре, где оставался в течение трех лет. В десять лет он начал заниматься в гимназии «Коллеж Роллен». Эдуард не самый прилежный ученик, ему больше нравится рисовать.

Отец противится желанию юноши стать художником. По его настоянию Эдуард сдает в 1848 году экзамены в мореходную школу, но безуспешно. В декабре он отправляется на паруснике в Рио-де-Жанейро, обучаясь профессии лоцмана. В ходе плавания он делает шаржи и карикатуры на членов команды, офицеров, своих товарищей.

В 1849 году Эдуард снова проваливается на вступительных экзаменах в мореходную школу, и семья дает-таки согласие на то, чтобы он стал художником.

Тогда же Эдуард знакомится с голландской пианисткой Сюзанной Ленхоф, которая была старше его на два года. Сюзанна приходила в дом Мане в качестве учительницы музыки. Плодом их тайной связи стал сын, родившийся 29 января 1852 года. Официально мальчик значился под именем Леона-Эдуарда Коэлла. На Ленхоф Мане женится только в 1863 году.

Пользуясь поддержкой родителей, Мане неоднократно выезжает за границу. Он посетил Голландию, Германию, Италию, Прагу и Вену.

В 1850–1856 годах с небольшими перерывами Эдуард учился в мастерской известного тогда салонного живописца Т. Кутюра. Рисунок, штудии с натуры, умение построить большую композицию – такова была основа работы в его ателье, основа неплохая сама по себе. Однако отношения между учителем и учеником обострялись, став потом откровенно враждебными. Мане уничтожил все картины, которые создал за это время, но, как заметил Сезанн, Мане многим обязан Кутюру.

В то же время Мане самостоятельно изучал и копировал в Лувре произведения Джорджоне, Тициана, Веласкеса, Гойи, Делакруа. Позже, как и некоторые его современники, он создавал собственные композиции по мотивам их картин.

Уйдя от Кутюра, Мане вместе с художником Альбертом де Баллеруа снял мастерскую. С весны 1856 года до Салона 1859 года Эдуард написал картины «Мальчик с вишнями», «Мальчик в красной куртке», «Мальчик с ягненком», «Женщина с собаками», «Женщина с кружкой», портрет аббата Юреля. На Салон 1859 года молодой художник послал картину «Любитель абсента»: в темном плаще, в надвинутой на глаза шляпе сидит мужчина, рядом с ним бокал, около ног бутылка. Эту картину – своеобразное прощанием с романтизмом, жюри Салона отвергло.

В 1862 году Мане пишет картину «Мадемуазель Виктория в костюме тореадора», где ему впервые позирует Викторина Меран. Ее вскоре можно будет увидеть в знаменитых картинах художника «Завтрак на траве» и «Олимпия». Мане познакомился с ней случайно, встретив утром в толпе перед Дворцом правосудия, и был очарован ее живостью, светлой кожей, теплым цветом волос.

«В картине "Завтрак на траве" (1863) Мане демонстрировал приверженность реалистической традиции прошлого, утверждал важность обращения к большим эпохам реалистического искусства и вместе с тем – к реальной действительности, – отмечает М.Т. Кузьмина. – В эпизоде завтрака на лоне природы он представил, по примеру мастеров Возрождения, обнаженную модель рядом с одетыми по моде своего времени мужчинами… Не прикрытая мифологическим сюжетом, свободная от слащаво-идеализированной трактовки, нагота модели вызвала негодование буржуазной публики.

Еще больший скандал сопутствовал картине Мане "Олимпия" (1863) с ее сложной и неясной структурой художественных ассоциаций, намеков. Острая наблюдательность художника подмечает характерные особенности юной позирующей модели: угловатость хрупкой фигуры, полную независимости позу, прямой, бесстрастный и чуть рассеянный взгляд. Контрастно звучат светлые тона обнаженного тела, серо-желтой шали и голубоватых тканей на темном фоне. Композиционная схема, идущая от старых мастеров, наполняется новым содержанием; меняется техника живописи, приобретающая более непосредственный эмоциональный характер».

«Олимпии» действительно сильно досталось от критиков: «Толпа теснится, как в морге, перед Олимпией господина Мане, отдающей душком» (П. де Сен-Виктор), «Тон тела грязный и никакой моделировки» (Т. Готье), «Эта брюнетка отвратительно некрасива, ее лицо глупо, кожа, как у трупа… Вся эта мешанина разрозненных красок, невозможных форм притягивает к себе наши взгляды, смущает и ошеломляет нас» (Ф. Дерьеж).

Новаторские приемы искусства Мане, которые вызывали ожесточенное сопротивление публики, в то же время притягивали к нему молодых художников, ищущих новые выразительные средства в живописи. Вокруг Мане начали группироваться Дега, Писсарро, Клод Моне, Ренуар и Сислей. Им импонировало не только новаторство Мане, но и его образованность, глубокие познания в истории живописи, владение всеми приемами живописной и графической техники.

В 1865 году Мане побывал в Испании. Он считал, что самое большое счастье «увидеть Веласкеса… живописца из живописцев».

Викторина Меран, по-видимому, позировала художнику и в следующей его значительной работе – «Флейтист» (1866). Р. Рей пишет: «Картина говорит об удивительных успехах художника. Она написана в три слоя, с такой уверенностью и сноровкой, что никогда и никто не смог их превзойти. Моделировка светом и тенью стали у него предельно скупыми, переход от освещенных мест к теням стал теперь еще более стремительным и еще более виртуозным по своей немыслимой дерзости, чем это было в Олимпии. Лицу, обнаженным частям тела Мане умел придать необыкновенную жизненность тем, что первоначально писал их неярким ровным тоном, затем намечал тени и лишь потом, на третьем этапе, накладывал блики. Он не стремился при этом скрыть поправки и изменения, он просто записывал их широким мазком краски, сквозь который просвечивает нижний слой живописи, и это создает удивительные эффекты. Мане редко смешивал краски. Если рассмотреть вблизи то, как написаны штаны флейтиста цвета морены, то они покажутся однотонными, плотными, как китайский лак. Но несколько теней, едва различимых с близкого расстояния, при отходе сообщают тяжелому сукну удивительную моделировку».

В 1867 году Мане показывает свои произведения в отдельном павильоне. В предисловии к каталогу можно найти слова, свидетельствующие о его стремлении быть «самим собой», «правдиво передавать свои впечатления».

К этой выставке художник написал картину «Расстрел императора Максимилиана в Кверетаро», посвященную гибели французского претендента на мексиканский престол.

В конце шестидесятых годов Мане создает такие известные картины, как «Балкон», «Завтрак в мастерской», «Портрет Золя».

Золя вспоминал: «Иногда сквозь дремоту позирования я разглядывал художника, стоящего перед картиной с сосредоточенным взглядом, ясными глазами, целиком захваченного своим произведением. Он совершенно забывал обо мне, о моем присутствии, он рисовал меня… с тем вниманием, с той художественной собранностью, которых я никогда не замечал за ним в других ситуациях… Вокруг меня на стенах ателье висели яркие, оригинальные изображения, которые публика отказывалась покупать».

Портреты, написанные Мане, служат неоспоримым доказательством его тончайшего психологизма. В основном художник писал своих близких: актера Фора, поэтов Бодлера и Малларме, журналистов Астрюк, Дюре, А. Пруста, художников Мура, Гиса, Эву Гонзалес, Берту Моризо.

В 1870–1871 годах художник участвует в обороне Парижа, осажденного прусскими войсками. В мае 1871 года он делает зарисовки расправы версальцев над коммунарами. Все виденное вызывает у него глубокую депрессию. В конце августа истощенные нервы Мане сдали. Доктор Сиреде настоятельно советует ему как можно скорее покинуть Париж и постараться обрести покой. Художник прислушивается к его мнению, едет вместе с семьей в Булонь. Позднее он напишет «Расстрел коммунаров», где подчеркнет сочувственное отношение к коммунарам.

В январе 1872 года коллекционер Поль Дюран-Рюэль покупает две картины Мане («Натюрморт с семгой» и «Булонский порт при лунном свете»), а затем еще около 30 картин – всего на 53 тысячи франков.

В 1874 году Мане отказывается участвовать в первой групповой выставке импрессионистов. Он едет в Аржантей, где работает с Моне и Ренуаром. Его увлекают возможности пленэрной живописи, мазок в его картинах становится более дробным, способным чутко улавливать и передавать нюансы изменчивой жизни природы. Появляются картины «Аржантей» (1874), «Берег Сены в Аржантее» (1874), «Партия в крокет» (1873), «В лодке» (1874).

Не считая себя импрессионистом и отказываясь участвовать в выставках этого объединения, Мане тем не менее дал толчок импрессионизму, став его вдохновителем.

«Прелесть большинства картин Мане этого периода не в значительности события, а именно в остроумной зоркости художника к оттенкам жизни Так, "Нана" (1877) с формально сюжетной точки зрения есть всего лишь изображение довольно банального эпизода: полуодетая молодая женщина завершает свой туалет в присутствии непринужденно сидящего на кушетке одетого в вечерний костюм пожилого "покровителя". Однако изящная легкость подвижных ритмов картины, противопоставление строгой вертикали высокой подставки зеркала гибкости фигурки полуодетой женщины, перед ним стоящей, пушистость матово мерцающих золотистых волос, тусклый блеск зеркала, бездумная оживленность ее больших сияющих глаз – полны очарования. Несколько иронический прием срезывания рамой фигуры покровителя, показанного как бы между прочим, придает особый, чуть насмешливый оттенок этой столь незначительной по сюжету и столь тонкой в своей наблюдательности картине.

Прекрасным примером пленэрной групповой композиции является "В лодке" (1874). Резкая кривая абриса кормы парусной лодки, сдержанная энергия движения рулевого, мечтательная грация сидящей в профиль дамы, прозрачность воздуха, ощущение свежего ветра и скользящего движения лодки образуют полную легкой радостности и свежести картину» (Ю.Д. Колпинский).

В поздних произведениях Мане – «В оранжерее» (1878), «У папаши Латюиля» (1878), «Блондинка с обнаженной грудью» (1878) – модели интересуют художника как в психологическом, так и в социальном аспекте.

«Одна из последних картин художника – "Бар в Фоли Бержер" – своеобразный синтез его художественных поисков 60-х и 70-х годов, – отмечает В.С. Турчин. – Тут и внимание к личности человека, и эффектное построение композиции, и тончайшая передача вибрации света, форм предметного мира. Юная барменша словно "выключена" из окружающей ее среды, мыслями она далеко от места, где находится. Как всегда у Мане, мир вещей не заслоняет человека».

В Салоне 1881 года Мане выставляет «Портрет Пертюизе» и «Портрет Рошфора». За них художник получает медаль второй степени и теперь может посылать свои работы на выставку «вне конкурса». В том же году Мане награждают орденом Почетного легиона. К тому времени художник тяжело болен ревматизмом. Приступы его становятся все сильнее.

Лето 1882 года Мане проводит в Рюэйе. Пишет пейзажи и натюрморты с цветами и плодами. Болезнь его резко обостряется.

Когда осенью он вернулся в Париж, друзей встревожило его состояние. Зима не принесла улучшений. В начале 1883 года силы начали заметно покидать художника, и он вынужден был слечь в постель. 30 апреля 1883 года Мане скончался.





Д. К. САМИН

100 ВЕЛИКИХ ХУДОЖНИКОВ